• Tamás Kende "Class War or Race War The Inner Fronts of Soviet Society during and after the Second World War"


    • Herausgeber ‏ : ‎ Routledge; 1. Edition (1. Dezember 2023)
    • Sprache ‏ : ‎ Englisch
    • Gebundene Ausgabe ‏ : ‎ 200 Seiten
    • ISBN-10 ‏ : ‎ 1032577339
    • ISBN-13 ‏ : ‎ 978-1032577333
    • Artikelgewicht ‏ : ‎ 530 g       * 
    • Preiß Hardback : $170.00 
    • Preiß eBook : $52,95
    • Abmessungen ‏ : ‎ 15.6 x 1.63 x 23.39 cm  

    Class War or Race War is more than an anti-thesis of the master narrative regarding the Soviet state antisemitism. Kende not only refutes the originally anti-Communist myth of the systemic nature of (state) socialism, but tries to re-, and deconstruct, the origins of this myth.

    With intensive use of historical documents, memoirs and the related historiography, the book attempts to make historical sense from the myth it intends to refute. Kende goes beyond the contemporary perceptions of the “Jewish question” and antisemitism, and with close reading of original documents, reconstructs the real frontlines of the Soviet society of the 1940s, which were not constructed along identity-political lines. The book reinvests the long-forgotten understanding of social classes in an allegedly classless and monolithic society. The spontaneous formations of the actual frontlines in the hinterland, or on the actual fronts (battlefields, in the Red Army) lacked the participants’ class consciousness, thus its occurrences in the form of conflict producing historical records were recorded as acts of antisemitism. As the book advocates, Jews could have been found on both sides of the inner frontlines of Soviet society during and right after WWII.

    An insightful read for scholars of Soviet history that presents a bold and challenging interpretation of the regime and its flaws―both perceived and real.

    Tamás Kende is a research fellow at the University of Miskolc, Hungary. He has published on the social and cultural history and historiographies of Eastern Europe. His newest book deals with the property and status rescue of the Hungarian financial elite in 1944 known as Jewish rescue.




    Routledge Studies in Modern History
    Class War or Race War
    The Inner Fronts of Soviet Society during and after the Second World War
    Tamás Kende

    For more information about this series, please visit: www.routledge.com/

    First published 2024
    by Routledge

    4 Park Square, Milton Park, Abingdon, Oxon, OX14 4RN
    and by Routledge
    605 Third Avenue, New York, NY 10158
    Routledge is an imprint of the Taylor & Francis Group, an informa business
    © 2023 Tamás Kende
    Names: Kende, Tamás (Historian), author.
    Title: Class war or race war : the inner fronts of Soviet society during and after the Second World War / Tamás Kende.
    Description: London ; New York, NY : Routledge, Taylor & Francis Group, 2024. | Series: Routledge studies in modern history | Includes bibliographical references and index.


    LCCN 2023031009 (print)
    LCCN 2023031010 (ebook)
    ISBN 9781032577333 (hardback)
    ISBN 9781032577388 (paperback)
    ISBN 9781003440765 (ebook)

    Subjects: LCSH: Antisemitism--Soviet Union. | Jews--Persecutions--Soviet Union. | Jews--Soviet Union--Social conditions. | Soviet Union--Race relations. | Soviet Union--Ethnic relations.
    Classification: LCC DS134.85 .K415 2024 (print) | LCC DS134.85 (ebook) | DDC 305.892/4047--dc23/eng/20230718
    LC record available at https://lccn.loc.gov/2023031009
    LC ebook record available at https://lccn.loc.gov/2023031010

    ISBN: 978-1-032-57733-3 (hbk)
    ISBN: 978-1-032-57738-8 (pbk)
    ISBN: 978-1-003-44076-5 (ebk)

    DOI: 10.4324/9781003440765
    Typeset in Galliard
    by SPi Technologies India Pvt Ltd (Straive)


    Introduction Anti-Semitism as a window to the possible history

    This book also has its (pre-) history. Partially this history is that of the author, obviously. In 2015 I was approached by a friend, and colleague of mine, Péter Apor to participate in an international research project focusing on post-war anti-Semitic violence in Eastern Europe. By that time, I had written one monograph on the East European blood libels (18th–early 20th centuries), and a relatively fresh work on the cultural, and social history of the Communist Party membership in Hungary (1945–1956). As a historian, interested in violence and prejudice, I thought that as a result I could bring new newer and older revelations on the history of post-war social violence, and anti-Semitism, especially regarding the Soviet Union. This presumption of mine was elicited by the contemporary related historiography, as well as by the source material available to me.

    I have to admit that by the grandiose support of the Gerda Henkel Stiftung I have had the best 3 years of my life. As a prospective East European Marxist historian in our demanding times, I cannot be grateful enough for their generous support, for which I express my utmost gratitude. I am also grateful to the Jena-based Imre Kertész Kolleg which provided me with the means to complete this manuscript.

    Yet the topic of this book turned out to be not anti-Semitism, or the anti-Semitic violence of the Soviet Union in the 1940s–1950s, which topic was originally sponsored by the above foundation.

    “To talk about anti-Semitism in Eastern Europe is just as challenging intellectually, as to talk about the bad weather in Britain”, goes the saying. I would not talk about anti-Semitism itself either. Ahead of anything else, I have to admit, that despite the existence of various contemporary, or reliable retrospective sources on the occurrences of anti-Semitism in the Soviet Union, I could not (and what a disgrace, did not even intend to) illustrate the historical features of the systematically specific proverbial Soviet anti-Semitism. It was the intensive use of primary sources that prevented me from doing so.

    On the other hand, much had been said on this matter during the war, and right after it, not to mention the library-lengthy literature dedicated to the topic from the  past six decades. However, tempting it was to join a decades old institutionalized tradition, in advance to bring up newer findings and old addenda, or just to recapitulate the intellectually second-hand statements historiography has made while following new trends in the light of a paltry amount of original archival sources, I decided to re-read the basic corpus of primary texts and sources, published, or unpublished memoirs, diaries, or simply reports issued by the contemporary authorities.

    This book is therefore not about anti-Semitism in the Soviet Union. Neither it is about the Soviet Union’s anti-Semitism. This book is rather about the very Soviet Union, during its greatest challenge, during its gravest crossing of the red line. To be honest, anti-Semitism in itself never interested me, even while writing my first book on blood libels. In the present work, like previously, I have used the incidents, having been taken for anti-Semitic ones, as a kind of window, through which one may possibly have a look at the possible history of the minds, the needs, and the deeds of historical people.

    One of my first critics wrote about an early study of mine that I avoid the unilineal perspective in my summary of the events that were, or may just have been taken for, anti-Semitic incidents. And indeed, if one puts together the party papers, police reports from the early war months, he can come to a conclusion that the anti-cosmopolitan, no doubt: anti-Jewish measures, and campaigns of the USSR in 1949–1953 were the outcome of a decade (s) long, and not least conscious deeds of the mythical “Russian”, or even anti-Jewish cadres or even cabal within the Communist Party of the USSR, using the allegedly “traditional Russian” anti-Semitism as a socio-cultural backing. This approach could have been fruitful in bringing a new (?) light on the authoritarian anti-Semitism of the Soviet system, but unfortunately I must admit that I do not believe in the anti-Semitic feature of the Soviet system at all.

    The sources that I used were the products of the sad (or, on the contrary: happy) fact that the same Soviet system was simultaneously an anti-anti-Semitic one, and consequently, a relatively high number of official sources were produced by the various representatives of the system with the aim to combat anti-Semitic “remnants” of the empire just in the making. The same goes for sources produced by the semi-official, semi-authoritarian Jewish Antifascist Committee’s contemporary documents (1941–1948), or the letters, notes written by Jewish, or Gentile citizens of the Soviet Union. And the official, as well as the semi-, or unofficial contemporary sources more often contradict each other in their tones, or judgments, than not. For a historian interested in the possible history, since it is the very contradictions, or conflicts that bring history to life, this itself is quite fortunate. The aforementioned tension is the peculiarity of the numerous ego-documents which I consulted during my work. Most  of these ego-documents were written by Jewish authors who had read about, and learned about the proverbial Soviet systemic antisemitism. Most of them reflected on it in their memoirs.

    There is an institutionalized tradition in the related historiography which states the existence of a systemic antisemitism in the Soviet Union, and later on in other Communist states. This tradition, as I try to illustrate in Chapter 3. (Jewish Communism versus Bolshevik anti-Semitism or the Quest for the Right Adjective) is the product of the anti-Soviet, anti-Communist political propaganda of the 1960s and 1970s based on the misunderstanding of Hannah Arendt’s thesis on totalitarianism. Institutionalized political antisemitism in the 20th century was an extreme form of racism. No doubt, iIt is hard to talk seriously about the presence of institutionalized racism in the Soviet Union. Despite the underlying obvious distortions, temptations remain to not only to compare Nazism with Communism, but even to identify them on the grounds of the alleged Soviet systemic antisemitism.

    Following the bourgeois revolution in 1917, the previously oppressed and discriminated Russian Jewry were legally and politically emancipated. A fundamental myth of the new democratic regime (i.e. of the Provisional Government) was the criminally antisemitic nature of the Tsarist regime. The Provisional Government founded an extraordinary committee to investigate and prove legally the criminal nature of the Tsarist regime, and its organizing role in the pogroms and blood libel cases.1 The Bolsheviks continued this practice.

    Before 1945 there was just one institutionally anti-racist state on the globe and that was Soviet Russia. The new Bolshevik system for its unconditional internationalism, anti-racism, and the revolutionary biopolitical novelties was immediately labeled by its enemies with notorious Judeo-Bolshevism. Despite the zigzags, the “two steps back” the regime’s fundamental and, for decades, unique institutionalized anti-racism was given acknowledgement in the virtual Museum of the Revolution.

    When The Internationale was replaced with the new Soviet anthem written in 1944, it was the final step of a two decade-long process that turned the originally revolutionary, and, significantly, international regime into an inter-national (sic!) empire claiming its place under the sun in a new world order. The revolutionary system after its Thermidor, did not turn into a counter-revolutionary one, it “just” became anti-revolutionary. It was the case of the biopolitics also. The anti-revolutionary turn within the USSR was first detected by the Bolshevik regime’s left-wing internationalist socialist critics. As I illustrate in the description of the Kiev incident (Chapter 1: Perceptions of a pogrom), an emigrant Russian-Jewish socialist in New York also discovered the alleged Stalinist antisemitism. This contemporary discovery remained almost totally unnoticed in the West until 1953, and remained  mostly ignored/shunned in the next decade. The Soviet Jewry, and the alleged systemic Soviet antisemitism gradually became issues of the Cold War by the second half of the 1960s.2 The Soviet Union’s biopolitical record, including its crucial anti-racism, and its treatment of the Jews was far from the black (and white) image which is the product of the post-Stalinist Cold War, and which continues, to date to uphold the institutionalized master-narrative of the related historiography. The significant turn in the USSR’s “Jewish policies” took place around the recognition of Israel. Even after 1948, political, institutionalized racism was not tolerated in the USSR.3 Neither in power, nor in the ranks of the opposition.4

    Political antisemitism in the 20th century, and especially in the 1940s (and my book is about this period) was institutionalized racism. What were the historical forms (institutions) of political and institutionalized racism in the 1940s, and the 1950s? When by mentioning the 1940s, extreme institutions of the institutionalized racism as the gas chambers, the ghettos, mass murders, colonial wars, the institutionalized robbery called aryanization come to mind. Institutionalized racism, however, was not only manifest in these extremes, but was a way of life. Institutions of contemporary and historical racism included all kinds of segregation in schooling, in the army, on the buses, racist legislation, racist press and propaganda not to mention lynchings and pogroms etc. If one looks for a real historical context of the alleged racism of the USSR, he/she must take a look at contemporary American, French, or British history.5 The only historical comparative figure of the mythical Stalinist antisemite is Jim Crow.6 But instead of Jim Crow, the traditional experts of the subject compare (often identify) the mythical Stalinist antisemite with Hitler. Just like the most outstanding representative of this identity-centered historiographical school, Gennady Kostyrchenko does in his works which are still considered by many academicians as the embodiment of the sophisticated contemporary scientific discussion. If we read his most detailed multi-volume accounts7 on the Soviet state-sanctioned antisemitism, we can learn that latent, or everyday antisemitism did not disappear in the USSR despite the Soviet state’s manifest anti-antisemitism. All the political, (secret) police sources brought up by Kostyrchenko to illustrate the systemic nature of Soviet antisemitism in fact reveal the allegedly antisemitic system’s variously effective fight against all kinds of occurrences of antisemitism. According to the sources of Kostyrchenko,8 antisemitism and its occurrence were defined by contemporary authorities either as counter-revolutionary phenomena, or as signs of the Soviet system’s actual failures.9 Had antisemitism been the routine in the Soviet system, we would not be able to read the sources of Kostyrchenko since they could not have been produced systematically at all. A closer reading of the 252 sources reveals that they were cleverly but didactically edited by Kostyrchenko to illustrate and to  evidence the proverbial Soviet state antisemitism, which proves that in fact Soviet antisemitism was not systemic at all. He consciously mixes up the sporadic sources on the everyday antisemitism with the authorities’ files documenting the regime’s variously effective fight against, and the regime's awareness of the political dangers of, antisemitism. That is the way the traditional Geistestgeschichte of antisemitism is written. At the same time, while documenting the well-known anti-Zionist, anti- “bourgeois nationalist” measures against the Soviet Jewish national elite, Kostyrchenko fails to put these measures into the very context of the Soviet history, or in the similar but far more bloody anti-Polish, anti-German, anti-Latvian, anti-Finnish, anti-Romanian spy-hunting measures of the 1937–1938 great terror, not to mention the late- and post-war period’s anti-Chechen, anti-Tartar, anti-Greek etc. measures of the Soviet system. His sources on the pre-war and war period prove the regime’s rather anti-antisemitic nature. The immediate postwar years’ sources again do not convince the reader about the historical existence of an institutionalized political racism.

    According to the traditions of the Russian socialists since 1905, antisemitism, and especially the anti-Jewish pogroms were considered reactionary tools of the counter-revolution.10 This viewpoint of Lenin was shared by Trotsky much before 1917.11 The SR Party had the same opinion.
    12 This political explanation of Russian pogroms became a global encyclopedic commonplace.13 If we want to understand the post 1917 Bolshevik policy toward antisemitism, we have to keep in mind this tradition which equaled antisemitism with anti-revolution. Andrei Vyshinsky, Stalin’s leading law theoretician, while quoting Stalin’s conversation with the representative of the Jewish News Agency in 1931, combined the pre-1917 Bolshevik Leninist tradition with the Realpolitik of the Stalinist Soviet Union:

    Anti-Semitism is profitable for the exploiters, a lightning rod as it were, bringing capitalism out from under the stroke of the toilers. (…) Hence, as logical internationalists, Communists cannot be but unreconciled and mortal foes of anti-Semitism. In the USSR it is most sternly prosecuted as a phenomenon profoundly inimical to the Soviet social order. Under the laws of the USSR, active anti-Semites are punished by death.14

    Despite the state’s policies, antisemitism could not disappear in the USSR. But that was the case of criminality, prostitution or (the more difficult) wage work as well. One cannot say that prostitution (for example) was a systemic phenomenon of the USSR. Even during the war, when the USSR fought for life and death with the racist Nazi regime, it never ceased to pursue its anti-antisemitic policy. The state authorities always tried to prevent anti-Jewish atrocities, and the USSR made the most  consequent public anti-Holocaust statements and made the greatest efforts to save the Jewish victims from the Nazi yoke, even in the Soviet evacuation.15 Was it good or bad to be a Jew in the non-occupied USSR during the war? I don’t know. It was just six million times safer.
    If one puts together the party papers, police reports from the war, one may come to the false conclusion that the anti-cosmopolitan, no doubt: anti-Jewish (but again: never racist) measures, and campaigns of the USSR in 1949–1953 were the outcomes of decades-long conscious deeds of a mythical “Russian” anti-Jewish cabal within the Communist Party. There ought to be an antisemitic conspiracy (or at least code) within the USSR’s leadership, at least according to the intentions of Kostyrchenko. It is still historically false to talk about the antisemitic feature of the Soviet system at all, even for the most uncritical followers of the otherwise outstanding Hannah Arendt.

    Hannah Arendt’s impact on the formation of the concept on the allegedly systemic Soviet (Communist) antisemitism can hardly be overestimated. It is more striking if we are aware of the fact that Arendt never studied the Soviet Union, unlike Nazi Germany, Fascism, or the Holocaust. In her most influential, but at the same time politically and ideologically highly biased anti-Communist16 works on the origins of the totalitarianism, Arendt concluded that Nazism and (the Soviet type model of) Communism were identically the same systems. Since antisemitism played a central role in the Nazi ideology, traces of a de genere coded Communist antisemitism had to be found by the uncritical followers of Arendt.17 While previously it had been argued that “Jewish” was the ultimate adjective to describe Communism,18 after Arendt, Communism had to become antisemitic, since it was thought to be equal in every sense with National Socialism; they were meant to be “two essentially identical systems”.19 Often without any references to Arendt, this statement became the basis of the post-Communist anti-Communist works on the subject. It was the case of the Russian post-Communist champion of the subject Kostyrchenko also, whose classical source publication is based on (and organized around) this Arendtian thesis.20 The Arendtian Kostyrchenko’s forerunners in the guild of historians were the propagandists of the Cold War.
    21 The uncritical recycling of the Cold War’s anti-Communist topoi is not the unique and bizarre particularity of the conjunctural post-Communist anti-Communist historiography of Eastern Europe. Serious Western historians use this topic uncritically while rewriting the history of the Holocaust,22 or of WWII,23 thus unwittingly relativizing the gruesome record of Nazism's and its local collaborators. To this very day, the anti-Communist anti-antisemitic narrative of the Soviet history constructed during the Cold War continues to engender serious looking academic works.24

    The Nestor of Hungarian Jewish Studies, Géza Komoróczy wrote about the two possible functions of history writing. One he called “uplifting” history writing which is, “to mainly serve a given community’s togetherness and continuous subsistence.” He said, that besides uplifting there is a kind of critical history writing that, “holds discernment as most valuable and is critical of traditions.” He maintains that tradition is only to survive if it renews itself: “those to whom it is important, ceaselessly renew it and make it an organic part of the ever-changing circumstances.”26

    With regards to modern history of East-European anti-Semitism and its Geistesgeschichte, the indebtedness of critical history writing is undisputed. Identity is history, but history is not identity. Not only as a historian, but as a son of a Holocaust survivor I learned very early to differentiate between institutionalized racism, personal insults or the manifestation of human folly. In this respect the uni-lineal Geistesgeschichte of Kostyrchenko and others does not belong among the  brightest of “sophisticated critical discussion”.

    Their institutionalized concept is no doubt highly biased, and less historical. To call Kostyrchenko’s decades-long undertakings in the field “sophisticated discussion” is to deliberately mix up institutionalized collective tradition(-alism) serving certain community’s togetherness (i.e. identity, not to mention the hidden political agenda behind) with critical history writing.

    To state that the USSR was a place of institutionalized racism in the 1940s (and 1950s) implies an ignorance of institutionalized racism elsewhere in the world in the 1940s (and 1950s). No one has managed to bring up or produce historical data on segregated Jewish schools, or “just” mild spatial segregation from Soviet history, for obvious reasons. Not to mention real pogroms.

    Soviet citizens, and even Soviet cadres may have experienced personal anti-Jewish (or even antisemitic) sentiments but these produced (inner) tensions and conflicts for the system’s anti-racist fundamentals. And antisemitism (or even pogroms) as a code could be used by some contemporary Jews to identify and settle their own conflicts. It is not identity-centered narratives that bring history to life27 but conflicts which systemically produced cases and documents. That is why the “Jewish window” may be used to define the real historical frontlines of Soviet society in the 1940s. By our “sophisticated” traditions Soviet history ought to consist of permanent antisemitic measures and anti-Jewish pogroms. The lack of Soviet pogroms, and the lack of institutionalized Soviet racism in a global age of racist violence and institutionalized racism produces inner tensions in the identity-centered historians’ argumentation. The class-approach through the Jewish window seemed to me more decent insightful than the politically biased identity issue around a myth that was inherited from the Cold War.

    The lack of institutionalized racism in the USSR is a historical fact. Anything stating the opposite can’t be called sophisticated (academic) discussion. The uncritical recycling of an anti-Communist construction is understandable only from an (identity-) political viewpoint. But as an independent researcher experiencing a very critical attitude towards institutionalized identity-politics I don’t need others’ constructed identities while re-constructing myself each day as an intellectual. Our critical history writing must reflect on identity as a byproduct of the concrete political history of the Cold War, and at maximum as the subject of the history of ideas. If we are able to differentiate between institutionalized racism and personal human follies we may abstract from this unsophisticated Gesitesgeschichte in advance to be able to differentiate between real sophisticated discussions and identity-political manifestations.

    In my reading it is not the goal of critical history writingis to serve constructed (and  never apolitical) traditions, but to question them. It is a rather exciting question why (?) the alleged systemic antisemitism of the USSR played such a crucial role for example in the identity of the (certain) American Jews since the Cold War, instead of the native and far from alleged historical occurrences of institutionalized racism (Jim Crow), or what political and indoctrinating role this mythical concept plays nowadays in Europe, Russia, horribile dictu in Israel etc? These questions would lead us to the very uses and misuses of the Geistesgeschichte. Or to the current uses and misuses of anti-Communism, for instance. I am convinced that history (as other social sciences) is a collective genre where one cannot have the final say, and where further questions must be always welcomed. My manuscript book was is intended to be a critical work in the genre of cultural history, cautiously raising the questions summarized above.

    Instead of reconstructing a mythical dead body, I therefore intended to write a living history of the USSR during, and right after the World War II, in years when the whole system and its fundamental memory-political basis seemed to have been in jeopardy. In those years the Soviet Union was fighting for survival not only on its ever-changing borders (front-lines), but was also leading a long-forgotten war for survival on its home-front too.

    This latter fight has produced plenty of sources, possibly revealing the system’s fragility, endangered by phenomena which reminded its leaders of late World War I pre-revolutionary months, a period filled with social, and even class tensions ready to erupt. It is almost an impossible task to reconstruct the nature of these home front tensions, of which anti-Semitism seemed to be the greatest one. But of course, in fact anti-Semitism in itself did not form a separate front-line of the inner war for survival of the USSR in the 1940s. It is even true, if we acknowledge, that numerous local battles were being fought inside the Soviet Union, during, and right after WWII around the Jewish question, or the issues of anti-Semitism. But in fact, in an inter-ethnic empire, ascendant Soviet Jewish nationalism, and the newly raised issue of the “Jewish question” could have been only two out of many national issues.

    A novelty my book has to offer, it is that it takes these local battles, or their often contradicting perceptions as a possible window, through which to present a potentially relevant observation of a possible social, cultural history of the USSR’S inner front-lines. For this, and other reasons, described in details in the chapter titled Jewish Communism versus Bolshevik anti-Semitism or the Quest for the Right Adjective, I was not much interested in the traditional Geistesgeschichte of Soviet anti-Semitism. Anti-Semitism, or the events contemporaries regarded at the time as anti-Semitic incidents offered me just a window through which the unwritten history of the USSR was clearly visible. The lack of the focus on possible regional differences between the Volga-region, Siberia, not to mention of Central Asian parts of the USSR  may be perceived as a weakness of the book. The author is well aware that the USSR (as old and the new Russia) was never that centralized totalitarian state as textbooks make it out to be. I can just hope that this book will inspire new and real social-cultural historical researches that uses the “Jewish window”.

    1.   Shchegolev, Pavel E. (ed.): Padenie tsarskogo rezhima: Stenograficheskie otchety doprosov i pokazanii, dannykh v 1917 g. v Chrezvychainoi Sledstvennoi Komissii Vremennogo Pravitel”stva. I–VII. Moskva – Leningrad, 1924–1927.

    2.   Kende, Tamás: Jewish Communism versus Bolshevik Antisemitism: The Quest for the Right Adjective. Cârstocea, Raul and Kovács, Éva (eds.): Modern Antisemitisms in the Peripheries: Europe and its Colonies 1880–1945. new academic press, Vienna – Hamburg, 2019. 67–95.

    3.   Matusevich, Maxim: Soviet Antiracism and its Discontents: The Cold War Years. Mark, James, Kalinovsky, Artemy M. and Marung, Steffi (eds.): Alternative Globalizations: Eastern Europe and the Postcolonial World, Bloomington, Ind.: Indiana University Press, 2 229–250. “Of all the ideological battles waged during the Cold War, none should have been easier for the Soviet Union to win than the struggle for the soul of the ‘Third World’. When it came to upholding the principles of antiracism and anticolonialism, the Soviets stood on solid ground…” op. Cit. 229.

    4.   Which is brilliantly illustrated by Brendan McGeever's groundbreaking monograph. McGeever convincingly argues that the Bolshevik system was upon its birth anti-racist. As the more than excellent monograph shows, the implementation of the anti-racist, anti-antisemitic doctrines did not and could not take place easily overnight. But it is clear, that after the Civil War, and the consolidation of the new regime, institutionalized anti-racism became a fundamental systemic element of Soviet Russia. McGeever, Brendan: Antisemitism and the Russian Revolution. Cambridge University Press, Cambridge etc., 2019. The author of this book sends his best regards to Brendan McGeever whom he had the privilege to meet personally a few years ago in Vienna.

    5.   What was undertaken impressively by the outstanding comparative legal historical monograph of John Quigley where the author doublechecked the (originally revolutionary) Soviet biopolitical innovations' impact on the Western laws, and their retroactions through the institutions of the international law on the late Soviet state. Quingley, John: Soviet Legal Innovation and the Law of the Western World. Cambridge, 2007, especially 115–124.

    6.   Woods, Jeff: Black Struggle Red Scare? Segregation and Anti-Communism in the South, 1948–1968. Louisiana State University, Baton Rouge, 2004. 12–48.; see also Seymour, Richard: Cold War Anticommunism and the Defence of White Supremacy in the Southern United States. PhD dissertation (London School of Economics). Etc.

    7.   Kostyrchenko, Gennady: ‘The Genesis of Establihment Anti-Semitism in the USSR: The Black Years, 1948–1953’ in. Gitelman, Zvi – Ro’i, Yaacov (eds.): Revolution, Repression, and Revival. The Soviet Jewish Experience. (Lanham, 2007), 179–192; Kostyrchenko, G.: Tainaya politika Stalina. I–II. Moskva, 2015; Kostyrchenko, G.: Tajnaya politika Khruscheva. Vlast’, intelligentsiya, evrejskij vopros. (Moskva, 2012); Kostyrchenko has edited the major source publications on the Soviet state anti-Semitism: Gosudarstvennyi antisemitizm v SSSR. Ot nachala do klu'minatsii. Moskva, 2005. The first quasi-academic monograph of Kostyrchenko on the (alleged) Geistesgeschichte and the unilineal political history of the Bolshevik antisemitism was published in 1994. The title itself resembles the belated recycling in the post-Communist era of the anti-Communist, and often biblical topoi of the Jewish martyrdom. Kostyrchenko, Gennady: V plenu u krasnogop faraona. Politicheskie presledovaniya evreev v SSSR v poslednee stalinskoe desyatiletie: Dokumental'noe issledovanie. Moskva, 1994.

    8.   Gosudarstvennyi antisemitizm.

    9.   While arguing along the systemic nature of the (alleged) Soviet antisemitism, even Kostyrchenko speaks on the (alleged) wartime antisemitism as a new disease of the system. Kostyrchenko, G.: Vvvedenie. 6.

    10 . Lenin, V.I.: Pol’noe sobranie sochinenii. 5-e izd. Moskva., 1960. T. 14. 3; T. 12. 49–58; T. 13. 333–334; etc.

    11. Trotsky, Leon: The Russian Revolution. (Selected and edited by F.W. Dupee) Doubleday, New York, 1959. 53–54.

    12.  Shelohaev, V. V. (ed.): Politicheskie partii Rossii. Konec 19 – pervaya tret’ 20 veka. Dokumental’noe nasledie. Partiya sotsialistov-revoljucionerov. Dokumentü i materialü. T. 1. 1900–1917 gg. Moskva, 1996. 185–186.

    13.  “Pogrom: This term denotes a periodic attack by violent disorderly mobs on a peaceful population, primarly Jews, that occured in prerevolutionary Russia after some disturbing event for which Jews were blamed by reactionaries or even by the government after the death of Alexander II. Colloqially, it is used for any mass attack on a minority“ Historical Dictionary of Russia. Lanham – London, 1998. 238.; “Pogrom: An attack on Jews properly, especially in the Russian Empire. Russian pogroms, which were condoned by the government,  were particularly common in the years immediately after the assassination of Alexander II. in 1881, and again from 1903 to 1906, although mob persecution of Jews continued until 1917 Russian Revolution.” Encyclopedia of Russian History. From the Christianization of Kiev to the Break-Up of the USSR. Santa Barbara – Denver – Oxford, 1993. 318. etc.

    14.  Vyshinsky, A. Ya.: Law of the Soviet State. New York, 1948. 604.

    15.  Dumitru, Diana: The State, Antisemitism, and Collaboration in the Holocaust. The Borderlands of Romania and the Soviet Union. Cambridge University Press, New York, 2016.

    16.  See for example Tabinbach, Anson: Anti-Totalitatianism as Anti-Communism. Frei, Norbert and Rigoll, Dominik (hrsg.): Der Antikommunismus in seiner Epoche: Weltanschauung und Politik in Deutschland, Europa und den USA. Wallstein Verlag, Göttingen, 2017. 111–123.

    17.  Arendt, Hannah: anti-Semitism. Part one of The Origins of Totalitariansim. Harcourt, Brace and World, NY., 1968. (first published in 1951); Arendt, Hannah: The Burden of Our Time. Secker and Warburg, London, 1951.

    18.  Hannebrink, Paul: A Specter Haunting Europe: The Myth of Judeo-Bolshevism. The Belknap Press of Harvard University Press, 2018. Kende, Tamás: Jewish Communism versus Bolshevik Antisemitism.

    19.  Arendt, Hannah: The Burden of Our Time. 429.

    20.  “The dictatorships of Hitler and Stalin by their totalitarian essence were akin…” Kostyrchenko, G.: Vvedenie. Gosudarstvennyi antisemitizm. 6.

    21.  Kende, Tamás: Jewish Communism versus Bolshevik Antisemitism. 71–90.

    22.  Snyder, Timothy: Black Earth. The Holocaust as History and Warning. New York, 2015. 178–187. Snyder, the most influentiel contemporary historian of (East) Europe defines himself a pupil of Arendt.

    23.  Beevor, Antony and Vinogradova, Luba (ed. and translated by): A Writer at War; Beevor, Antony: Stalingrad. Penguin, London, 1999; Beevor, Antony: Berlin. The Downfall 1945. Viking, London, 2002.

    24.  Bemporad, Elissa: Legacy of Blood: Jews, Pogroms, and Ritual Murder in the Lands of the Soviets. (New York, 2019). 109–132. While trying to illustrate the continuous (Russian-Soviet) antisemitism's history, apart from one exception, Bemporad cites no concrete cases of pogroms in her book on the Geistesgeschichte of the topic. This exception is the Kiev case, for which she does not cite any primary source. For the absence of pogroms on Soviet soil after the consolidation of the Soviet regime, see Zeltzer, Arkadi: ‘Ethnic Conflict and Modernization in the Interwar Period: The Case of Soviet Belorussia’. In. Dekel-Chen, Jonathan, Gaunt, David, Meir, Natan M. and Bartal, Israel (eds.): Anti-Jewish Violence: Rethinking the Pogrom in East European History. Indiana University Press, Bloomington – Indianapolis, 2011. 174–185.

    25.  Arendt, Hannah: Eichmann in Jerusalem: A Reposrt on the Banality of the Evil. (revised and enlarged edition). Penguin Books, New York, 1994. 176.

    26.  Komoróczy, Géza, Történelmi események a gondolkodásban: felejtés, feldolgozás, felelősségvállalás [Historic Events in the Thought: Oblivion, Procession, Taking Responsibility] in: Komoróczy, Géza: Holocaust. A pernye beleég a bőrünkbe [Holocaust: Flue Dust Burns in Our Skins], Budapest, 2000. p. 162.

    27.  The best known and almost historical exception is Walke, Anika: Pioneers and Partisans: An Oral History of Nazi Genocide in Belorussia. Oxford University Press, Oxford – New York, 2015. Walke's book is based on oral history interviews and focuses on issues of identity and gender (and gendered identities), neglecting such minor questions as the class question.


    © Tamás Kende
    © Routledge, Taylor & Francis Group 











          * Издательство : Routledge; 1-е издание (1 декабря 2023 года)
          * Язык : английский
          * Твердый переплет : 200 стр.
          * ISBN-10 : 1032577339
          * ISBN-13 : 978-1032577333
          * Вес товара : 530 г.
          * Цена в твердом переплете : $170.00
          * Цена eBook : $52.95
          * Размеры : 15,6 x 1,63 x 23,39 см.
    Книга "Война классов или война рас" - это не просто антитезис к основному нарративу о советском государственном антисемитизме. Кенде не только опровергает изначально антикоммунистический миф о системном характере (государственного) социализма, но и пытается восстановить и деконструировать истоки этого мифа.

    Активно используя исторические документы, мемуары и соответствующую историографию, книга пытается извлечь исторический смысл из мифа, который она намерена опровергнуть. Кенде выходит за рамки современных представлений о "еврейском вопросе" и антисемитизме и, внимательно читая оригинальные документы, реконструирует реальные фронты советского общества 1940-х годов, которые не строились по идентично-политическим линиям. В книге восстанавливается давно забытое понимание социальных классов в якобы бесклассовом и монолитном обществе. Стихийные формирования реальных фронтов в глубинке или на реальных фронтах (на полях сражений, в Красной армии) не имели классового сознания участников, поэтому их проявления в виде конфликтов, попавших в исторические архивы, фиксировались как акты антисемитизма. Как утверждается в книге, евреев можно было встретить по обе стороны внутренних фронтов советского общества во время и сразу после Второй мировой войны.

    Проникновенное чтение для исследователей советской истории, представляющее смелую и вызывающую интерпретацию режима и его недостатков - как мнимых, так и реальных.

    Tamás Kende - научный сотрудник Университета Мишкольца, Венгрия. Он публикует работы по социальной и культурной истории и историографии Восточной Европы. Его последняя книга посвящена имущественному и статусному спасению венгерской финансовой элиты в 1944 году, известному как еврейское спасение.



    Routledge Studies in Modern History

    4 Парк Сквер, Милтон Парк, Абингдон, Оксон, OX14 4RN
    издательство Routledge
    605 Third Avenue, New York, NY 10158
    Routledge является оттиском Taylor & Francis Group, компании informa.
    © 2023 Тамаш Кенде

    Данные каталога Британской библиотеки
    Каталожная запись на эту книгу доступна в Британской библиотеке
    Library of Congress Cataloging-in-Publication Data
    Имена: Кенде, Тамаш (историк), автор.
    Title: Война классов или война рас : внутренние фронты советского общества во время и после Второй мировой войны / Тамаш Кенде.
    Описание: London ; New York, NY : Routledge, Taylor & Francis Group, 2024. | Серия: Routledge studies in modern history | Включает библиографические ссылки и указатель.  

    LCCN 2023031009 (print)
    LCCN 2023031010 (ebook)
    ISBN 9781032577333 (hardback)
    ISBN 9781032577388 (paperback)
    ISBN 9781003440765 (ebook)

    Subjects: LCSH: Antisemitism--Soviet Union. | Jews--Persecutions--Soviet Union. | Jews--Soviet Union--Social conditions. | Soviet Union--Race relations. | Soviet Union--Ethnic relations.
    Classification: LCC DS134.85 .K415 2024 (print) | LCC DS134.85 (ebook) | DDC 305.892/4047--dc23/eng/20230718
    LC record available at https://lccn.loc.gov/2023031009
    LC ebook record available at https://lccn.loc.gov/2023031010

    ISBN: 978-1-032-57733-3 (hbk)
    ISBN: 978-1-032-57738-8 (pbk)
    ISBN: 978-1-003-44076-5 (ebk)

    DOI: 10.4324/9781003440765
    Typeset in Galliard
    by SPi Technologies India Pvt Ltd (Straive)


    "Классовая война или расовая война: внутренние фронты советского общества во время и после Второй мировой войны"
    Введение: антисемитизм как окно в возможную историю

    У этой книги тоже есть своя предистория. Частично это история автора, разумеется. В 2015 году мой друг и коллега Петер Апор предложил мне принять участие в международном исследовательском проекте, посвященном послевоенному антисемитскому насилию в Восточной Европе. К тому времени я написал одну монографию о кровной мести в Восточной Европе (XVIII - начало XX века) и относительно свежую работу по культурной и социальной истории членства в Коммунистической партии Венгрии (1945-1956). Как историк, интересующийся насилием и предрассудками, я полагал, что в результате смогу привнести новые и старые открытия в историю послевоенного социального насилия и антисемитизма, особенно в отношении Советского Союза. Это мое предположение было вызвано современной соответствующей историографией, а также доступными мне источниками.

    Я должен признать, что благодаря грандиозной поддержке фонда Герды Хенкель у меня были лучшие 3 года жизни. Как будущий восточноевропейский историк-марксист в наше непростое время, я не могу быть достаточно благодарен за их щедрую поддержку, за которую я выражаю им свою глубочайшую признательность. Я также благодарен йенскому издательству Imre Kertész Kolleg, которое предоставило мне средства для завершения работы над этой рукописью.

    Однако темой этой книги оказался не антисемитизм и не антисемитское насилие в Советском Союзе в 1940-1950-х годах, которое изначально спонсировалось вышеупомянутым фондом.

    "Говорить об антисемитизме в Восточной Европе так же сложно с интеллектуальной точки зрения, как говорить о плохой погоде в Британии", - гласит поговорка. Я бы не стал говорить и о самом антисемитизме. Прежде всего, я должен признать, что, несмотря на наличие различных современных или достоверных ретроспективных источников о проявлениях антисемитизма в Советском Союзе, я не мог (и, что обидно, даже не собирался) проиллюстрировать исторические особенности системно специфического пресловутого советского антисемитизма. Именно интенсивное использование первоисточников не позволило мне этого сделать.

    С другой стороны, по этому вопросу было много сказано и во время войны, и сразу после нее, не говоря уже о библиотечной литературе, посвященной этой теме за последние шесть десятилетий. Однако, испытывая соблазн присоединиться к сложившейся десятилетиями институциональной традиции, заблаговременно привести новые данные и старые дополнения или просто пересказать интеллектуально подержанные заявления, которые историография сделала, следуя новым тенденциям в свете мизерного количества оригинальных архивных источников, я решил перечитать основной корпус первичных текстов и источников, опубликованных или неопубликованных мемуаров, дневников или просто отчетов, изданных современными властями.

    Поэтому эта книга не об антисемитизме в Советском Союзе. Она также об антисемитизме в Советском Союзе. Эта книга скорее о самом Советском Союзе в период его величайших испытаний, в период серьезнейшего пересечения "красной черты". Честно говоря, антисемитизм сам по себе никогда не интересовал меня, даже когда я писал свою первую книгу о кровавой клевете. В настоящей работе, как и ранее, я использовал инциденты, принятые за антисемитские, как своего рода окно, через которое можно взглянуть на возможную историю умов, потребностей и поступков исторических людей.

    Один из моих первых критиков написал по поводу одного из моих ранних исследований, что я избегаю унилинейной перспективы в своем резюме событий, которые были или могли быть приняты за антисемитские инциденты. И действительно, если собрать воедино партийные документы, милицейские отчеты первых военных месяцев, то можно прийти к выводу, что антикосмополитические, несомненно: антиеврейские меры и кампании СССР в 1949-1953 годах были результатом десятилетних и не в последнюю очередь сознательных действий мифических "русских", или даже антиеврейских кадров или даже заговора внутри КПСС, использовавших якобы "традиционный русский" антисемитизм в качестве социокультурной подпитки. Такой подход мог бы оказаться плодотворным, проливая новый (?) свет на авторитарный антисемитизм советской системы, но, к сожалению, я должен признать, что не верю в антисемитскую особенность советской системы.

    Источники, которые я использовал, были продуктом того печального (или, наоборот, счастливого) факта, что та же самая советская система была одновременно антисемитской, и, следовательно, относительно большое количество официальных источников было создано различными представителями этой системы с целью борьбы с антисемитскими "пережитками" только создававшейся империи. То же самое можно сказать и об источниках полуофициальных, полуавторитарных, современных документах Еврейского антифашистского комитета (1941-1948) или письмах, записках, написанных еврейскими или языческими гражданами Советского Союза. Причем как официальные, так и полуофициальные или неофициальные современные источники чаще противоречат друг другу в своих тонах или суждениях, чем нет. Для историка, интересующегося возможной историей, поскольку именно противоречия, конфликты оживляют историю, это само по себе весьма удачно. Вышеупомянутое напряжение - особенность многочисленных эго-документов, к которым я обращался в ходе своей работы. Большинство этих эго-документов были написаны еврейскими авторами, которые читали и узнали о пресловутом советском системном антисемитизме. Большинство из них размышляли об этом в своих мемуарах.

    В соответствующей историографии существует институционализированная традиция, утверждающая существование системного антисемитизма в Советском Союзе, а затем и в других коммунистических государствах. Эта традиция, как я пытаюсь проиллюстрировать в главе 3 ("Еврейский коммунизм против большевистского антисемитизма или поиск правильного прилагательного"), является продуктом антисоветской и антикоммунистической политической пропаганды 1960-1970-х годов, основанной на непонимании тезиса Ханны Арендт о тоталитаризме. Институционализированный политический антисемитизм в XX веке был крайней формой расизма. Несомненно, трудно всерьез говорить о наличии институционализированного расизма в Советском Союзе. Несмотря на очевидные искажения, сохраняется соблазн не только сравнивать нацизм с коммунизмом, но даже отождествлять их на основании якобы имевшего место советского системного антисемитизма.

    После буржуазной революции 1917 года российское еврейство, ранее угнетаемое и дискриминируемое, получило юридическую и политическую эмансипацию. Основополагающим мифом нового демократического режима (т.е. Временного правительства) стал преступный антисемитский характер царского режима. Временное правительство учредило чрезвычайный комитет для расследования и юридического доказательства преступного характера царского режима и его организующей роли в погромах и делах о клевете.1 Большевики продолжили эту практику.

    До 1945 года на планете существовало только одно институционально антирасистское государство, и это была Советская Россия. Новая большевистская система за ее безусловный интернационализм, антирасизм и революционные биополитические нововведения сразу же была заклеймена ее врагами пресловутым иудео-большевизмом. Несмотря на зигзаги, "два шага назад", фундаментальный и на десятилетия уникально институционализированный антирасизм режима получил признание в виртуальном Музее революции.

    Когда в 1944 году "Интернационал" был заменен новым советским гимном, это стало завершающим этапом двухдесятилетнего процесса, превратившего изначально революционный и, что немаловажно, интернациональный режим в межнациональную (sic!) империю, претендующую на свое место под солнцем в новом мировом порядке. Революционная система после своего Термидора не превратилась в контрреволюционную, она "просто" стала антиреволюционной. Так произошло и с биополитикой. Антиреволюционный поворот внутри СССР первыми обнаружили левые критики большевистского режима - интернационалисты-социалисты. Как я показываю в описании киевского инцидента (глава 1: Perceptions of a pogrom), эмигрантский русско-еврейский социалист в Нью-Йорке также обнаружил предполагаемый сталинский антисемитизм. Это современное открытие оставалось почти полностью незамеченным на Западе до 1953 года и в основном игнорировалось/замалчивалось в последующее десятилетие. Советское еврейство и предполагаемый системный советский антисемитизм постепенно стали вопросами холодной войны ко второй половине 1960-х годов..2 Биополитический послужной список Советского Союза, включая его важнейший антирасизм, и его отношение к евреям были далеки от того черного (и белого) образа, который является продуктом постсталинской холодной войны и который до сих пор продолжает поддерживать институционализированный мастер-нарратив соответствующей историографии. Значительный поворот в "еврейской политике" СССР произошел после признания Израиля. Даже после 1948 года политический, институционализированный расизм не был терпим в СССР.3 Ни во власти, ни в рядах оппозиции.4

    Политический антисемитизм в XX веке, и особенно в 1940-е годы (а моя книга посвящена именно этому периоду), был институционализированным расизмом. Каковы были исторические формы (институты) политического и институционализированного расизма в 1940-х и 1950-х годах? При упоминании 1940-х годов на ум приходят такие экстремальные институты институционализированного расизма, как газовые камеры, гетто, массовые убийства, колониальные войны, институционализированный грабеж под названием "арианизация". Однако институционализированный расизм проявлялся не только в этих крайностях, а был образом жизни. Институты современного и исторического расизма включали в себя все виды сегрегации в школах, в армии, в автобусах, расистское законодательство, расистскую прессу и пропаганду, не говоря уже о линчеваниях и погромах и т. д. Если кто-то ищет реальный исторический контекст предполагаемого расизма в СССР, ему следует обратиться к современной американской, французской или британской истории..5 Единственной исторической сравнительной фигурой мифического сталинского антисемита является Джим Кроу.6 Но вместо Джима Кроу традиционные специалисты по теме сравнивают (часто отождествляют) мифического сталинского антисемита с Гитлером. Именно так поступает наиболее яркий представитель этой идентично ориентированной историографической школы Геннадий Костырченко в своих работах, которые до сих пор рассматриваются многими академиками как воплощение утонченной современной научной дискуссии. Если прочитать его подробнейший многотомник7 о советском санкционированном государством антисемитизме, то можно узнать, что латентный, или бытовой, антисемитизм в СССР не исчез, несмотря на явный антиантисемитизм советского государства. Все политические, (тайные) полицейские источники, приводимые Костырченко для иллюстрации системного характера советского антисемитизма, на самом деле показывают, что якобы антисемитская система по-разному эффективно боролась со всеми видами проявлений антисемитизма. Согласно источникам Костырченко,8 антисемитизм и его проявления определялись современными властями либо как контрреволюционные явления, либо как признаки реальных провалов советской системы.9 Если бы антисемитизм был обыденным явлением в советской системе, мы не смогли бы читать источники Костырченко, поскольку они вообще не могли бы создаваться систематически. При внимательном прочтении 252 источников выясняется, что они были ловко, но дидактично отредактированы Костырченко для иллюстрации и доказательства пресловутого советского государственного антисемитизма, что доказывает, что на самом деле советский антисемитизм вовсе не был системным. Он сознательно смешивает спорадические источники о бытовом антисемитизме с документами властей, документирующими по-разному эффективную борьбу режима с антисемитизмом и осознание им политической опасности антисемитизма. Именно так написана традиционная Geistestgeschichte антисемитизма. В то же время, документируя известные антисионистские, антибуржуазно-националистические меры против советской еврейской национальной элиты, Костырченко не вписывает их ни в сам контекст советской истории, ни в аналогичные, но гораздо более кровавые антипольские, антигерманские, антилатышские, антифинские, антирумынские шпионские охотничьи меры большого террора 1937-1938 годов, не говоря уже об античеченских, антитатарских, антигреческих и послевоенных мерах советской системы в поздний и послевоенный период. меры советской системы. Его источники по предвоенному и военному периоду свидетельствуют о достаточно антиантисемитском характере режима. Источники непосредственно послевоенных лет опять же не убеждают читателя в историческом существовании институционализированного политического расизма.

    В соответствии с традициями российских социалистов с 1905 года, антисемитизм, и особенно антиеврейские погромы, считались реакционным орудием контрреволюции.10 Эту точку зрения Ленина разделял Троцкий задолго до 1917 года.11 Партия ЭсЭр придерживалась того же мнения.
    12 Это политическое объяснение русских погромов стало глобальным энциклопедическим общим местом.13 Если мы хотим понять политику большевиков в отношении антисемитизма после 1917 года, мы должны помнить об этой традиции, которая приравнивала антисемитизм к антиреволюции. Ведущий сталинский теоретик права Андрей Вышинский, цитируя беседу Сталина с представителем Еврейского информационного агентства в 1931 году, соединил большевистско-ленинскую традицию до 1917 года с реальной политикой сталинского Советского Союза:

    Антисемитизм выгоден эксплуататорам, он является как бы громоотводом, выводящим капитализм из-под удара тружеников. (...) Поэтому коммунисты, как логические интернационалисты, не могут не быть непримиримыми и смертельными врагами антисемитизма. В СССР он преследуется самым суровым образом, как явление, глубоко вредное для советского общественного строя. По законам СССР активные антисемиты караются смертной казнью.14

    Несмотря на политику государства, антисемитизм в СССР исчезнуть не мог. Но так было и с преступностью, и с проституцией, и с (более сложным) наемным трудом. Нельзя сказать, что проституция (например) была системным явлением СССР. Даже во время войны, когда СССР на жизнь и смерть сражался с расистским нацистским режимом, он не прекращал проводить антиантисемитскую политику. Государственные власти всегда старались предотвратить антиеврейские злодеяния, а СССР делал самые последовательные публичные заявления против Холокоста и прилагал наибольшие усилия для спасения еврейских жертв от нацистского ига, даже в советской эвакуации.15 Хорошо или плохо было быть евреем в неоккупированном СССР во время войны? Не знаю. Просто было в шесть миллионов раз безопаснее.

    Если собрать воедино партийные документы и милицейские отчеты времен войны, можно прийти к ложному выводу, что антикосмополитические, несомненно, антиеврейские (но опять же: никогда не расистские) меры и кампании СССР в 1949-1953 годах были результатом сознательных действий мифического "русского" антиеврейского заговора внутри коммунистической партии, длившегося десятилетиями. В руководстве СССР должен был существовать антисемитский заговор (или хотя бы код), по крайней мере, согласно замыслам Костырченко. Говорить об антисемитском характере советской системы вообще исторически неверно даже для самых некритичных последователей выдающейся в других отношениях Ханны Арендт.

    Влияние Ханны Арендт на формирование концепции якобы системного советского (коммунистического) антисемитизма трудно переоценить. Это тем более поразительно, если учесть, что Арендт никогда не изучала Советский Союз, в отличие от нацистской Германии, фашизма или Холокоста. В своей самой влиятельной, но в то же время политически и идеологически крайне предвзятой антикоммунистической работе16 об истоках тоталитаризма Арендт пришла к выводу, что нацизм и (модель советского типа) коммунизм были идентичными системами. Поскольку антисемитизм играл центральную роль в нацистской идеологии, следы закодированного de genere коммунистического антисемитизма должны были быть найдены некритичными последователями Арендт.17 Хотя ранее утверждалось, что "еврейский" - это самое подходящее прилагательное для описания коммунизма.18 После Арендт коммунизм должен был стать антисемитским, поскольку считалось, что он во всех смыслах равен национал-социализму; они должны были быть "двумя по сути идентичными системами".19 Часто без каких-либо ссылок на Арендт, это утверждение стало основой посткоммунистических антикоммунистических работ на эту тему. Так было и с российским посткоммунистическим защитником темы Костырченко, чья классическая публикация источников основана (и организована вокруг) на этом арэндтовском тезисе.20 Предшественниками Арендта Костырченко в гильдии историков были пропагандисты холодной войны.21 Некритическое использование антикоммунистических топосов холодной войны не является уникальной и причудливой особенностью конъюнктурной посткоммунистической антикоммунистической историографии Восточной Европы. Серьезные западные историки некритически используют эту тему при переписывании истории Холокоста
    ,22 или Второй мировой войны,23 тем самым невольно релятивизируя ужасающую историю нацизма и его местных пособников. По сей день антикоммунистический антиантисемитский нарратив советской истории, созданный в годы холодной войны, продолжает вызывать серьезные научные дискуссии..24

    Нестор венгерских еврейских исследований Геза Комороци писал о двух возможных функциях написания истории. Одну из них он назвал "возвышающей", которая заключается в том, чтобы "главным образом служить сплочению и непрерывному существованию данной общины". По его словам, помимо возвышающей, существует критическая историческая письменность, которая "считает наиболее ценной проницательность и критически относится к традициям". Он утверждает, что традиция может выжить только в том случае, если она сама себя обновляет: "те, для кого она важна, постоянно обновляют ее и делают органичной частью постоянно меняющихся обстоятельств". 26

    В том, что касается современной истории восточноевропейского антисемитизма и его Geistesgeschichte, заслуга критического исторического письма неоспорима. Идентичность - это история, но история - это не идентичность. Не только как историк, но и как сын человека, пережившего Холокост, я очень рано научился различать институционализированный расизм, личное оскорбление или проявление человеческой глупости. В этом отношении однолинейная Geistesgeschichte Костырченко и других не принадлежит к числу ярчайших образцов "утонченной критической дискуссии".

    Их институционализированная концепция, несомненно, крайне тенденциозна и менее исторична. Называть десятилетние труды Костырченко в этой области "изощренной дискуссией" - значит сознательно смешивать институционализированную коллективную традицию (-ализм), служащую сплочению определенного сообщества (т. е. идентичности, не говоря уже о скрытой политической повестке дня), с критическим написанием истории.

    Утверждение, что СССР был местом институционализированного расизма в 1940-е (и 1950-е) годы, подразумевает незнание институционализированного расизма в других странах мира в 1940-е (и 1950-е) годы. Никто не смог привести или предоставить исторические данные о сегрегированных еврейских школах или "просто" легкой пространственной сегрегации из советской истории, по очевидным причинам. Не говоря уже о реальных погромах.

    Советские граждане и даже советские кадры могли испытывать личные антиеврейские (или даже антисемитские) настроения, но они порождали (внутреннее) напряжение и конфликты для антирасистских основ системы. И антисемитизм (или даже погромы) как код мог быть использован некоторыми современными евреями для идентификации и разрешения собственных конфликтов. Не нарративы, ориентированные на идентичность, оживляют историю27 но конфликты, которые систематически порождали дела и документы. Именно поэтому "еврейское окно" можно использовать для определения реальных исторических фронтов советского общества 1940-х годов. По нашим "утонченным" традициям советская история должна состоять из постоянных антисемитских мер и антиеврейских погромов. Отсутствие советских погромов и институционализированного советского расизма в глобальную эпоху расистского насилия и институционализированного расизма создает внутреннюю напряженность в аргументации историков, ориентированных на идентичность. Классовый подход через еврейское окно показался мне более достойным внимания, чем политически ангажированный вопрос идентичности вокруг мифа, унаследованного от холодной войны.

    Отсутствие институционализированного расизма в СССР - это исторический факт. Все, что утверждает обратное, не может быть названо утонченной (академической) дискуссией. Некритичное повторение антикоммунистической конструкции понятно только с точки зрения (идентичности) политики. Но как независимый исследователь, испытывающий весьма критическое отношение к институционализированной политике идентичности, я не нуждаюсь в чужих конструируемых идентичностях, каждый день заново конструируя себя как интеллектуал. Наша критическая история должна осмыслить идентичность как побочный продукт конкретной политической истории холодной войны, а максимум - как предмет истории идей. Если мы сможем провести различие между институционализированным расизмом и личными человеческими глупостями, мы сможем абстрагироваться от этой безыскусной Gesitesgeschichte, чтобы заранее уметь различать настоящие сложные дискуссии и политические проявления идентичности.

    В моем понимании цель критической истории - не обслуживать сконструированные (и никогда не аполитичные) традиции, а подвергать их сомнению. Это довольно захватывающий вопрос, почему (?) предполагаемый системный антисемитизм СССР играл такую решающую роль, например, в идентичности (определенных) американских евреев после холодной войны, вместо исконных и далеко не предполагаемых исторических проявлений институционализированного расизма (Джим Кроу), или какую политическую и индоктринирующую роль эта мифическая концепция играет сегодня в Европе, России, horribile dictu в Израиле и т. д.? Эти вопросы приведут нас к самому использованию и злоупотреблению Geistesgeschichte. Или, например, к нынешнему использованию и злоупотреблению антикоммунизмом. Я убежден, что история (как и другие социальные науки) - это коллективный жанр, в котором нельзя иметь окончательного мнения и где всегда приветствуются дополнительные вопросы. Моя рукопись задумывалась как критическая работа в жанре культурной истории, осторожно поднимающая вопросы, кратко изложенные выше.

    Вместо реконструкции мифического мертвого тела я задумал написать живую историю СССР во время и сразу после Второй мировой войны, в годы, когда вся система и ее фундаментальная память-политическая основа, казалось, были под угрозой. В те годы Советский Союз боролся за выживание не только на своих постоянно меняющихся границах (фронтах), но и вел давно забытую войну за выживание на своем внутреннем фронте.

    Эта последняя борьба породила множество источников, возможно, свидетельствующих о хрупкости системы, под угрозой которой находились явления, напоминавшие ее лидерам предреволюционные месяцы конца Первой мировой войны - период, наполненный социальным и даже классовым напряжением, готовым вырваться наружу. Реконструировать природу этих напряжений в тылу, главным из которых казался антисемитизм, - задача почти невыполнимая. Но, конечно, на самом деле антисемитизм сам по себе не составлял отдельного фронта внутренней войны за выживание СССР в 1940-е годы. Это даже верно, если признать, что внутри Советского Союза во время и сразу после Второй мировой войны вокруг еврейского вопроса, или проблемы антисемитизма, велись многочисленные локальные бои. Но на самом деле в межэтнической империи растущий советский еврейский национализм и вновь поднятая проблема "еврейского вопроса" могли быть лишь двумя из многих национальных проблем.

    Новизна моей книги заключается в том, что она рассматривает эти локальные сражения или их часто противоречивые восприятия как возможное окно, через которое можно представить потенциально релевантное наблюдение возможной социальной и культурной истории внутренних фронтов СССР. По этой и другим причинам, подробно описанным в главе "Еврейский коммунизм против большевистского антисемитизма, или В поисках правильного прилагательного", меня мало интересовала традиционная Geistesgeschichte советского антисемитизма. Антисемитизм или события, которые современники в то время считали антисемитскими инцидентами, были для меня лишь окном, через которое хорошо просматривалась ненаписанная история СССР. Недостаточное внимание к возможным региональным различиям между Поволжьем, Сибирью, не говоря уже о среднеазиатских частях СССР, может быть воспринято как слабость книги. Автор прекрасно понимает, что СССР (как старая, так и новая Россия) никогда не был тем централизованным тоталитарным государством, каким его представляют учебники. Остается надеяться, что эта книга вдохновит на новые и реальные социокультурные исторические исследования, использующие "еврейское окно".

    1.   Shchegolev, Pavel E. (ed.): Padenie tsarskogo rezhima: Стенографические отчеты допросов и показов, данных в 1917 г. в Чрезвычайной Следственной Комисии Временного Правительства. I-VII. Москва - Ленинград, 1924-1927.

    2.   Кенде, Тамаш: Еврейский коммунизм против большевистского антисемитизма: Поиск правильного прилагательного. Каурстоцеа, Рауль и Ковач, Эва (ред.): Современные антисемитизмы на периферии: Европа и ее колонии 1880-1945. new academic press, Vienna - Hamburg, 2019. 67-95.

    3.   Матусевич, Максим: Советский антирасизм и его недовольства: The Cold War Years. Марк, Джеймс, Калиновский, Артемий М. и Марунг, Штеффи (ред.): Альтернативные глобализации: Восточная Европа и постколониальный мир, Блумингтон, Индия: Indiana University Press, 2 229-250. "Из всех идеологических битв, которые велись во время холодной войны, Советскому Союзу было легче победить, чем в борьбе за душу "третьего мира". Когда дело доходило до отстаивания принципов антирасизма и антиколониализма, Советы стояли на твердой почве..." Указ. соч. Цит. по 229.

    4.   Это блестяще иллюстрирует новаторская монография Брендана Макгивера. Макгивер убедительно доказывает, что большевистская система при своем рождении была антирасистской. Как показано в более чем превосходной монографии, внедрение антирасистских и антисемитских доктрин не произошло и не могло произойти легко и в одночасье. Но, очевидно, что после Гражданской войны и укрепления нового режима институционализированный антирасизм стал основополагающим системным элементом Советской России. Макгивер, Брендан: Антисемитизм и русская революция. Cambridge University Press, Cambridge etc., 2019. Автор этой книги передает привет Брендану Макгиверу, с которым он имел честь лично познакомиться несколько лет назад в Вене.

    5.   Впечатляющее впечатление произвела выдающаяся сравнительно-правовая историческая монография Джона Куигли, в которой автор дважды проверил влияние (изначально революционных) советских биополитических инноваций на западное законодательство и их ретроакцию через институты международного права на позднесоветское государство. Куингли, Джон: Советские правовые инновации и право западного мира. Кембридж, 2007, особенно 115-124.

    6.   Вудс, Джефф: Черная борьба - красный испуг? Сегрегация и антикоммунизм на Юге, 1948-1968 гг. Университет штата Луизиана, Батон-Руж, 2004. 12-48.; см. также: Seymour, Richard: Антикоммунизм времен холодной войны и защита превосходства белой расы на юге США. Докторская диссертация (Лондонская школа экономики). И т. д.

    7.   Костырченко, Геннадий: "Генезис истеблишментного антисемитизма в СССР: The Black Years, 1948-1953' in. Gitelman, Zvi - Ro'i, Yaacov (eds.): Революция, репрессии и возрождение. Советский еврейский опыт. (Lanham, 2007), 179-192; Костырченко, Г.: Тайная политика Сталиной. I-II. Москва, 2015; Костырченко, Г.: Тайная политика Хрущева. Власть, интеллигенция, еврейский вопрос. (Москва, 2012); Костырченко редактировал основные первоисточники по советскому государственному антисемитизму: Государственный антисемитизм в СССР. От начала до конца. Москва, 2005. Первая квазиакадемическая монография Костырченко о (предполагаемой) Geistesgeschichte и унилинейной политической истории большевистского антисемитизма была опубликована в 1994 году. Само название напоминает запоздалую утилизацию в посткоммунистическую эпоху антикоммунистического, а зачастую и библейского сюжета о еврейском мученичестве. Костырченко, Геннадий: В плену у красного фараона. Политические преследования евреев в СССР в период сталинского деспотизма: Документальное исследование. Moskva, 1994.

    8.   Государев антисемитизм.

    9.   Аргументируя системный характер (якобы) советского антисемитизма, даже Костырченко говорит о (якобы) антисемитизме военного времени как о новой болезни системы. Костырченко, Г.: Введенье. 6.

    10 . Ленин, В.И.: Полевое воспитание. 5-e изд. Moskva., 1960. T. 14. 3; T. 12. 49-58; T. 13. 333-334; и др.

    11. Троцкий, Леон: The Russian Revolution. (Избранное и отредактированное Ф.В. Дюпи) Doubleday, New York, 1959. 53-54.

    12.  Shelohaev, V. V. (ed.): Политические партии России: конец 19 - первая треть 20 века. Документальное наследие. Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы. T. 1. 1900-1917 гг. Moskva, 1996. 185-186.

    13.  "Погром: Этот термин обозначает периодическое нападение агрессивных беспорядочных толп на мирное население, прежде всего на евреев, которое происходило в дореволюционной России после какого-либо тревожного события, в котором реакционеры или даже правительство после смерти Александра II обвиняли евреев. В разговорной речи используется для обозначения любого массового нападения на меньшинство" (Historical Dictionary of Russia. Lanham - London, 1998. 238.; "Погром: Нападение на евреев, особенно в Российской империи. Русские погромы, которым потворствовало правительство, были особенно распространены в годы сразу после убийства Александра II в 1881 году, а также в 1903-1906 годах, хотя массовые преследования евреев продолжались вплоть до русской революции 1917 года." Энциклопедия российской истории. От христианизации Киева до распада СССР. Санта-Барбара - Денвер - Оксфорд, 1993. 318. и др.

    14.  Вышинский, А. Я.: Право Советского государства. Нью-Йорк, 1948. 604.

    15.  Думитру, Диана: Государство, антисемитизм и сотрудничество в Холокосте. Пограничные территории Румынии и Советского Союза. Cambridge University Press, New York, 2016.

    16.  См. например: Табинбах, Энсон: Антитоталитаризм как антикоммунизм. Frei, Norbert and Rigoll, Dominik (hrsg.): Der Antikommunismus in seiner Epoche: Weltanschauung und Politik in Deutschland, Europa und den USA. Wallstein Verlag, Göttingen, 2017. 111-123.

    17.  Арендт, Ханна: антисемитизм. Первая часть книги "Истоки тоталитаризма" (The Origins of Totalitariansim). Harcourt, Brace and World, NY., 1968. (впервые опубликовано в 1951 году); Arendt, Hannah: The Burden of Our Time. Secker and Warburg, London, 1951.

    18.  Hannebrink, Paul: A Specter Haunting Europe: The Myth of Judeo-Bolshevism. The Belknap Press of Harvard University Press, 2018. Kende, Tamás: Еврейский коммунизм против большевистского антисемитизма.

    19.  Арендт, Ханна: Бремя нашего времени. 429.

    20.  "Диктатуры Гитлера и Сталина по своей тоталитарной сути были сродни..." Костырченко, Г.: Введенье. Государственный антисемитизм. 6.

    21.  Кенде, Тамаш: Еврейский коммунизм против большевистского антисемитизма. 71-90.

    22.  Снайдер, Тимоти: Черная земля. Холокост как история и предупреждение. New York, 2015. 178-187. Снайдер, самый влиятельный современный историк (Восточной) Европы, определяет себя учеником Арендт.

    23.  Бивор, Антони и Виноградова, Люба (ред. и перевод): A Writer at War; Beevor, Antony: Stalingrad. Penguin, London, 1999; Beevor, Antony: Berlin. The Downfall 1945. Викинг, Лондон, 2002.

    24.  Бемпорад, Элисса: Наследие крови: Jews, Pogroms, and Ritual Murder in the Lands of the Soviets. (Нью-Йорк, 2019). 109-132. Пытаясь проиллюстрировать непрерывную (российско-советскую) историю антисемитизма, Бемпорад, за одним исключением, не приводит в своей книге, посвященной Geistesgeschichte этой темы, ни одного конкретного случая погромов. Это исключение - случай в Киеве, для которого она не приводит ни одного первоисточника. Об отсутствии погромов на советской земле после укрепления советского режима см. в статье Зельцер, Аркадий: "Этнические конфликты и модернизация в межвоенный период: The Case of Soviet Belorussia'. In. Dekel-Chen, Jonathan, Gaunt, David, Meir, Natan M. and Bartal, Israel (eds.): Anti-Jewish Violence: Rethinking the Pogrom in East European History. Indiana University Press, Bloomington - Indianapolis, 2011. 174-185.

    25.  Арендт, Ханна: Эйхман в Иерусалиме: A Reposrt on the Banality of the Evil. (пересмотренное и дополненное издание). Penguin Books, New York, 1994. 176.

    26.  Komoróczy, Géza, Történelmi események a gondolkodásban: felejtés, feldolgozás, felelősségvállalás [Historic Events in the Thought: Oblivion, Procession, Taking Responsibility] in: Komoróczy, Géza: Holocaust. A pernye beleég a bőrünkbe [Холокост: дымовая пыль горит на нашей коже], Budapest, 2000. p. 162.

    27.  Наиболее известным и почти историческим исключением является Walke, Anika: Пионеры и партизаны: An Oral History of Nazi Genocide in Belorussia. Oxford University Press, Oxford - New York, 2015. Книга Вальке основана на устных исторических интервью и сосредоточена на вопросах и гендерных идентичностей, игнорируя такие незначительные вопросы, как классовый вопрос.



  •     Dr. Elke Scherstjanoi "Ein Rotarmist in Deutschland"
  •     Stern  "Von Siegern und Besiegten"
  •     Märkische Allgemeine  "Hinter den Kulissen"
  •     Das Erste "Kulturreport"
  •     Berliner Zeitung  "Besatzer, Schöngeist, Nervensäge, Liebhaber"
  •     SR 2 KulturRadio  "Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Die Zeit  "Wodka, Schlendrian, Gewalt"
  •     Jüdische Allgemeine  "Aufzeichnungen im Feindesland"
  •     Mitteldeutsche Zeitung  "Ein rotes Herz in Uniform"
  •     Unveröffentlichte Kritik  "Aufzeichnungen eines Rotarmisten vom Umgang mit den Deutschen"
  •     Bild  "Auf Berlin, das Besiegte, spucke ich!"
  •     Das Buch von Gregor Thum "Traumland Osten. Deutsche Bilder vom östlichen Europa im 20. Jahrhundert"
  •     Flensborg Avis  "Set med en russisk officers øjne"
  •     Ostsee Zeitung  "Das Tagebuch des Rotarmisten"
  •     Leipziger Volkszeitung  "Das Glück lächelt uns also zu!"
  •     Passauer Neue Presse "Erinnerungspolitischer Gezeitenwechsel"
  •     Lübecker Nachrichten  "Das Kriegsende aus Sicht eines Rotarmisten"
  •     Lausitzer Rundschau  "Ich werde es erzählen"
  •     Leipzigs-Neue  "Rotarmisten und Deutsche"
  •     SWR2 Radio ART: Hörspiel
  •     Kulturation  "Tagebuchaufzeichnungen eines jungen Sowjetleutnants"
  •     Der Tagesspiegel  "Hier gibt es Mädchen"
  •     NDR  "Bücher Journal"
  •     Kulturportal  "Chronik"
  •     Sächsische Zeitung  "Bitterer Beigeschmack"
  •     Wiesbadener Tagblatt "Reflexionen, Textcollagen und inhaltlicher Zündstoff"
  •     Deutschlandradio Kultur  "Krieg und Kriegsende aus russischer Sicht"
  •     Berliner Zeitung  "Die Deutschen tragen alle weisse Armbinden"
  •     MDR  "Deutschland-Tagebuch eines Rotarmisten"
  •     Jüdisches Berlin  "Das Unvergessliche ist geschehen" / "Личные воспоминания"
  •     Süddeutsche Zeitung  "So dachten die Sieger"
  •     Financial Times Deutschland  "Aufzeichnungen aus den Kellerlöchern"
  •     Badisches Tagblatt  "Ehrliches Interesse oder narzisstische Selbstschau?"
  •     Freie Presse  "Ein Rotarmist in Berlin"
  •     Nordkurier/Usedom Kurier  "Aufzeichnungen eines Rotarmisten ungefiltert"
  •     Nordkurier  "Tagebuch, Briefe und Erinnerungen"
  •     Ostthüringer Zeitung  "An den Rand geschrieben"
  •     Potsdamer Neueste Nachrichten  "Hier gibt es Mädchen"
  •     NDR Info. Forum Zeitgeschichte "Features und Hintergründe"
  •     Deutschlandradio Kultur. Politische Literatur. "Lasse mir eine Dauerwelle machen"
  •     Konkret "Watching the krauts. Emigranten und internationale Beobachter schildern ihre Eindrücke aus Nachkriegsdeutschland"
  •     Cicero "Voodoo Child. Die verhexten Kinder"
  •     Dagens Nyheter  "Det oaendliga kriget"
  •     Utopie-kreativ  "Des jungen Leutnants Deutschland - Tagebuch"
  •     Neues Deutschland  "Berlin, Stunde Null"
  •     Webwecker-bielefeld  "Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Südkurier  "Späte Entschädigung"
  •     Online Rezension  "Das kriegsende aus der Sicht eines Soldaten der Roten Armee"
  •     Saarbrücker Zeitung  "Erstmals: Das Tagebuch eines Rotarmisten"
  •     Neue Osnabrücker Zeitung  "Weder Brutalbesatzer noch ein Held"
  •     Thüringische Landeszeitung  "Vom Alltag im Land der Besiegten"
  •     Das Argument "Wladimir Gelfand: Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Deutschland Archiv: Zeitschrift für das vereinigte Deutschland  "Betrachtungen eines Aussenseiters"
  •     Neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte  "Von Siegern und Besiegten"
  •     Deutsch-Russisches Museum Berlin-Karlshorst "Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Online Rezensionen. Die Literaturdatenbank
  •     Literaturkritik  "Ein siegreicher Rotarmist"
  •     RBB Kulturradio  "Ein Rotarmist in Berlin"
  •     Українська правда  "Нульовий варiант" для ветеранiв вiйни" / Комсомольская правда "Нулевой вариант" для ветеранов войны"
  •     Dagens Nyheter. "Sovjetsoldatens dagbok. Hoppfull läsning trots krigets grymheter"
  •     Ersatz  "Tysk dagbok 1945-46 av Vladimir Gelfand"
  •     Borås Tidning  "Vittnesmåil från krigets inferno"
  •     Sundsvall (ST)  "Solkig skildring av sovjetisk soldat frеn det besegrade Berlin"
  •     Helsingborgs Dagblad  "Krigsdagbok av privat natur"
  •     2006 Bradfor  "Conference on Contemporary German Literature"
  •     Spring-2005/2006/2016 Foreign Rights, German Diary 1945-1946
  •     Flamman / Ryska Posten "Dagbok kastar tvivel över våldtäktsmyten"
  •     Expressen  "Kamratliga kramar"
  •     Expressen Kultur  "Under våldets täckmantel"
  •     Lo Tidningen  "Krigets vardag i röda armén"
  •     Tuffnet Radio  "Är krigets våldtäkter en myt?"
  •     Norrköpings Tidningar  "En blick från andra sidan"
  •     Expressen Kultur  "Den enda vägens historia"
  •     Expressen Kultur  "Det totalitära arvet"
  •     Allehanda  "Rysk soldatdagbok om den grymma slutstriden"
  •     Ryska Posten  "Till försvar för fakta och anständighet"
  •     Hugin & Munin  "En rödarmist i Tyskland"
  •     Theater "Das deutsch-russische Soldatenwörtebuch" / Театр  "Русско-немецкий солдатский разговорник"
  •     SWR2 Radio "Journal am Mittag"
  •     Berliner Zeitung  "Dem Krieg den Krieg erklären"
  •     Die Tageszeitung  "Mach's noch einmal, Iwan!"
  •     The book of Paul Steege: "Black Market, Cold War: Everyday Life in Berlin, 1946-1949"
  •     Телеканал РТР "Культура":  "Русско-немецкий солдатский разговорник"
  •     Аргументы и факты  "Есть ли правда у войны?"
  •     RT "Russian-German soldier's phrase-book on stage in Moscow"
  •     Утро.ru  "Контурная карта великой войны"
  •     Коммерсантъ "Языковой окоп"
  •     Телеканал РТР "Культура"  "Широкий формат с Ириной Лесовой"
  •     Museum Berlin-Karlshorst  "Das Haus in Karlshorst. Geschichte am Ort der Kapitulation"
  •     Das Buch von Roland Thimme: "Rote Fahnen über Potsdam 1933 - 1989: Lebenswege und Tagebücher"
  •     Das Buch von Bernd Vogenbeck, Juliane Tomann, Magda Abraham-Diefenbach: "Terra Transoderana: Zwischen Neumark und Ziemia Lubuska"
  •     Das Buch von Sven Reichardt & Malte Zierenberg: "Damals nach dem Krieg Eine Geschichte Deutschlands - 1945 bis 1949"
  •     Lothar Gall & Barbara Blessing: "Historische Zeitschrift Register zu Band 276 (2003) bis 285 (2007)"
  •     Wyborcza.pl "Kłopotliwy pomnik w mieście z trudną historią"
  •     Kollektives Gedächtnis "Erinnerungen an meine Cousine Dora aus Königsberg"
  •     Das Buch von Ingeborg Jacobs: "Freiwild: Das Schicksal deutscher Frauen 1945"
  •     Wyborcza.pl "Strącona gwiazda wdzięczności"
  •     Закон i Бiзнес "Двічі по двісті - суд честі"
  •     Радио Свобода "Красная армия. Встреча с Европой"
  •     DEP "Stupri sovietici in Germania /1944-45/"
  •     Дніпропетровський національний історичний музей ім. Яворницького "Музей і відвідувач: методичні розробки, сценарії, концепції. Листи з 43-го"
  •     Explorations in Russian and Eurasian History "The Intelligentsia Meets the Enemy: Educated Soviet Officers in Defeated Germany, 1945"
  •     DAMALS "Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Gedankenwelt des Siegers"
  •     Das Buch von Pauline de Bok: "Blankow oder Das Verlangen nach Heimat"
  •     Das Buch von Ingo von Münch: "Frau, komm!": die Massenvergewaltigungen deutscher Frauen und Mädchen 1944/45"
  •     Das Buch von Roland Thimme: "Schwarzmondnacht: Authentische Tagebücher berichten (1933-1953). Nazidiktatur - Sowjetische Besatzerwillkür"
  •     История государства  "Миф о миллионах изнасилованных немок"
  •     Das Buch Alexander Häusser, Gordian Maugg: "Hungerwinter: Deutschlands humanitäre Katastrophe 1946/47"
  •     Heinz Schilling: "Jahresberichte für deutsche Geschichte: Neue Folge. 60. Jahrgang 2008"
  •     Jan M. Piskorski "WYGNAŃCY: Migracje przymusowe i uchodźcy w dwudziestowiecznej Europie"
  •     Wayne State "The Cultural Memory Of German Victimhood In Post-1990 Popular German Literature And Television"
  •     Deutschlandradio "Heimat ist dort, wo kein Hass ist"
  •     Journal of Cold War Studies "Wladimir Gelfand, Deutschland-Tagebuch 1945–1946: Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     ЛЕХАИМ "Евреи на войне. Солдатские дневники"
  •     Частный Корреспондент "Победа благодаря и вопреки"
  •     Перспективы "Сексуальное насилие в годы Второй мировой войны: память, дискурс, орудие политики"
  •     Радиостанция Эхо Москвы & RTVi "Не так" с Олегом Будницким: Великая Отечественная - солдатские дневники"
  •     Books Llc "Person im Zweiten Weltkrieg /Sowjetunion/ Georgi Konstantinowitsch Schukow, Wladimir Gelfand, Pawel Alexejewitsch Rotmistrow"
  •     Das Buch von Jan Musekamp: "Zwischen Stettin und Szczecin - Metamorphosen einer Stadt von 1945 bis 2005"
  •     Encyclopedia of safety "Ladies liberated Europe in the eyes of Russian soldiers and officers (1944-1945 gg.)"
  •     Азовские греки "Павел Тасиц"
  •     Newsland "СМЯТЕНИЕ ГРОЗНОЙ ОСЕНИ 1941 ГОДА"
  •     Wallstein "Demokratie im Schatten der Gewalt: Geschichten des Privaten im deutschen Nachkrieg"
  •     Вестник РГГУ "Болезненная тема второй мировой войны: сексуальное насилие по обе стороны фронта"
  •     Das Buch von Jürgen W. Schmidt: "Als die Heimat zur Fremde wurde"
  •     ЛЕХАИМ "Евреи на войне: от советского к еврейскому?"
  •     Gedenkstätte/ Museum Seelower Höhen "Die Schlacht"
  •     The book of Frederick Taylor "Exorcising Hitler: The Occupation and Denazification of Germany"
  •     Огонёк "10 дневников одной войны"
  •     The book of Michael Jones "Total War: From Stalingrad to Berlin"
  •     Das Buch von Frederick Taylor "Zwischen Krieg und Frieden: Die Besetzung und Entnazifizierung Deutschlands 1944-1946"
  •     WordPress.com "Wie sind wir Westler alt und überklug - und sind jetzt doch Schmutz unter ihren Stiefeln"
  •     Åke Sandin "Är krigets våldtäkter en myt?"
  •     Олег Будницкий: "Архив еврейской истории" Том 6. "Дневники"
  •     Michael Jones: "El trasfondo humano de la guerra: con el ejército soviético de Stalingrado a Berlín"
  •     Das Buch von Jörg Baberowski: "Verbrannte Erde: Stalins Herrschaft der Gewalt"
  •     Zeitschrift fur Geschichtswissenschaft "Gewalt im Militar. Die Rote Armee im Zweiten Weltkrieg"
  •     Ersatz-[E-bok] "Tysk dagbok 1945-46"
  •     The book of Michael David-Fox, Peter Holquist, Alexander M. Martin: "Fascination and Enmity: Russia and Germany as Entangled Histories, 1914-1945"
  •     Елена Сенявская "Женщины освобождённой Европы глазами советских солдат и офицеров (1944-1945 гг.)"
  •     The book of Raphaelle Branche, Fabrice Virgili: "Rape in Wartime (Genders and Sexualities in History)"
  •     (סקירה   צבאית נשים של אירופה המשוחררת דרך עיניהם של חיילים וקצינים סובייטים (1944-1945
  •     БезФорматаРу "Хоть бы скорей газетку прочесть"
  •     ВЕСТНИК "Проблемы реадаптации студентов-фронтовиков к учебному процессу после Великой Отечественной войны"
  •     Zeitschrift für Geschichtswissenschaft 60 (2012), 12
  •     Все лечится "10 миллионов изнасилованных немок"
  •     Симха "Еврейский Марк Твен. Так называли Шолома Рабиновича, известного как Шолом-Алейхем"
  •     Nicolas Bernard "La Guerre germano-soviétique: 1941-1945 (Histoires d'aujourd'hui) E-Book"
  •     Annales: Nathalie Moine "La perte, le don, le butin. Civilisation stalinienne, aide étrangère et biens trophées dans l’Union soviétique des années 1940"
  •     Das Buch von Beata Halicka "Polens Wilder Westen. Erzwungene Migration und die kulturelle Aneignung des Oderraums 1945 - 1948"
  •     Das Buch von Jan M. Piskorski "Die Verjagten: Flucht und Vertreibung im Europa des 20. Jahrhundert"
  •     "آسو  "دشمن هرگز در نمی‌زن
  •     Уроки истории. ХХ век. Гефтер. "Антисемитизм в СССР во время Второй мировой войны в контексте холокоста"
  •     Ella Janatovsky "The Crystallization of National Identity in Times of War: The Experience of a Soviet Jewish Soldier"
  •     Word War II Multimedia Database "Borgward Panzerjager At The Reichstag"
  •     Militaergeschichtliche Zeitschrift "Buchbesprechungen"
  •     Всеукраинский еженедельник Украина-Центр "Рукописи не горят"
  •     Ljudbok / Bok / eBok: Niclas Sennerteg "Nionde arméns undergång: Kampen om Berlin 1945"
  •     Das Buch von Michaela Kipp: "Großreinemachen im Osten: Feindbilder in deutschen Feldpostbriefen im Zweiten Weltkrieg"
  •     Петербургская газета "Женщины на службе в Третьем Рейхе"
  •     Володимир Поліщук "Зроблено в Єлисаветграді"
  •     Германо-российский музей Берлин-Карлсхорст. Каталог постоянной экспозиции / Katalog zur Dauerausstellung
  •     Clarissa Schnabel "The life and times of Marta Dietschy-Hillers"
  •     Alliance for Human Research Protection "Breaking the Silence about sexual violence against women during the Holocaust"
  •     Еврейский музей и центр толерантности. Группа по работе с архивными документами
  •     Эхо Москвы "ЦЕНА ПОБЕДЫ: Военный дневник лейтенанта Владимира Гельфанда"
  •     Bok / eBok: Anders Bergman & Emelie Perland "365 dagar: Utdrag ur kända och okända dagböcker"
  •     РИА Новости "Освободители Германии"
  •     Das Buch von Miriam Gebhardt "Als die Soldaten kamen: Die Vergewaltigung deutscher Frauen am Ende des Zweiten Weltkriegs"
  •     Petra Tabarelli "Vladimir Gelfand"
  •     Das Buch von Martin Stein "Die sowjetische Kriegspropaganda 1941 - 1945 in Ego-Dokumenten"
  •     Książka Beata Halicka "Polski Dziki Zachód. Przymusowe migracje i kulturowe oswajanie Nadodrza 1945-1948"
  •     The German Quarterly "Philomela’s Legacy: Rape, the Second World War, and the Ethics of Reading"
  •     MAZ LOKAL "Archäologische Spuren der Roten Armee in Brandenburg"
  •     Tenona "Как фашисты издевались над детьми в концлагере Саласпилс. Чудовищные исторические факты о концлагерях"
  •     Deutsches Historisches Museum "1945 – Niederlage. Befreiung. Neuanfang. Zwölf Länder Europas nach dem Zweiten Weltkrieg"
  •     День за днем "Дневник лейтенанта Гельфанда"
  •     BBC News "The rape of Berlin" / BBC Mundo / BBC O`zbek / BBC Brasil / BBC فارْسِى "تجاوز در برلین" 
  •     Echo24.cz "Z deníku rudoarmějce: Probodneme je skrz genitálie"
  •     The Telegraph "The truth behind The Rape of Berlin"
  •     BBC World Service "The Rape of Berlin"
  •     ParlamentniListy.cz "Mrzačení, znásilňování, to všechno jsme dělali. Český server připomíná drsné paměti sovětského vojáka"
  •     WordPress.com "Termina a Batalha de Berlim"
  •     Dnevnik.hr "Podignula je suknju i kazala mi: 'Spavaj sa mnom. Čini što želiš! Ali samo ti"
  •     ilPOST "Gli stupri in Germania, 70 anni fa"
  •     上海东方报业 有限公司 70年前苏军强奸了十万柏林妇女?很多人仍在寻找真相
  •     연합뉴스 "BBC: 러시아군, 2차대전때 독일에서 대규모 강간"
  •     세계일보 "러시아군, 2차대전때 독일에서 대규모 강간"
  •     Telegraf "SPOMENIK RUSKOM SILOVATELJU: Nemci bi da preimenuju istorijsko zdanje u Berlinu?"
  •     Múlt-kor "A berlini asszonyok küzdelme a szovjet erőszaktevők ellen"
  •     Noticiasbit.com "El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     Museumsportal Berlin "Landsberger Allee 563, 21. April 1945"
  •     Caldeirão Político "70 anos após fim da guerra, estupro coletivo de alemãs ainda é episódio pouco conhecido"
  •     Nuestras Charlas Nocturnas "70 aniversario del fin de la II Guerra Mundial: del horror nazi al terror rojo en Alemania"
  •     W Radio "El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     La Tercera "BBC: El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     Noticias de Paraguay "El drama de las alemanas violadas por tropas soviéticas hacia el final de la Segunda Guerra Mundial"
  •     Cnn Hit New "The drama hidden mass rape during the fall of Berlin"
  •     Dân Luận "Trần Lê - Hồng quân, nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin 1945"
  •     Český rozhlas "Temná stránka sovětského vítězství: znásilňování Němek"
  •     Historia "Cerita Kelam Perempuan Jerman Setelah Nazi Kalah Perang"
  •     G'Le Monde "Nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin năm 1945 mang tên Hồng Quân"
  •     BBC News 코리아 "베를린에서 벌어진 대규모 강간"
  •     Эхо Москвы "Дилетанты. Красная армия в Европе"
  •     Der Freitag "Eine Schnappschussidee"
  •     باز آفريني واقعيت ها  "تجاوز در برلین"
  •     Quadriculado "O Fim da Guerra e o início do Pesadelo. Duas narrativas sobre o inferno"
  •     非中国日报网 "柏林的强奸"
  •     Constantin Film "Anonyma - Eine Frau in Berlin. Materialien zum Film"
  •     Русская Германия "Я прижал бедную маму к своему сердцу и долго утешал"
  •     De Gruyter Oldenbourg "Erinnerung an Diktatur und Krieg. Brennpunkte des kulturellen Gedächtnisses zwischen Russland und Deutschland seit 1945"
  •     Memuarist.com "Гельфанд Владимир Натанович"
  •     Πανεπιστημίου Ιωαννίνων "Οι νόμοι του Πλάτωνα για την υβριστική κακολογία και την κατάχρηση του δημοσίου"
  •     Das Buch von Nicholas Stargardt "Der deutsche Krieg: 1939 - 1945" / Николас Старгардт "Мобилизованная нация. Германия 1939–1945"
  •     FAKEOFF "Оглянуться в прошлое"
  •     The book of Nicholas Stargardt "The German War: A Nation Under Arms, 1939–45"
  •     The book of Nicholas Stargardt "The German War: A Nation Under Arms, 1939–45"
  •     Книга "Владимир Гельфанд. Дневник 1941 - 1946"
  •     BBC Русская служба "Изнасилование Берлина: неизвестная история войны"BBC Україна "Зґвалтування Берліна: невідома історія війни"
  •     Virtual Azərbaycan "Berlinin zorlanması"
  •     Гефтер "Олег Будницкий: «Дневник, приятель дорогой!» Военный дневник Владимира Гельфанда"
  •     Гефтер "Владимир Гельфанд. Дневник 1942 года"
  •     BBC Tiếng Việt "Lính Liên Xô 'hãm hiếp phụ nữ Đức'"
  •     Nicolas Bernard "La Guerre germano-soviétique, 1941-1943" Tome 1
  •     Nicolas Bernard "La Guerre germano-soviétique, 1943-1945" Tome 2
  •     Эхо Москвы "ЦЕНА ПОБЕДЫ: Дневники лейтенанта Гельфанда"
  •     Renato Furtado "Soviéticos estupraram 2 milhões de mulheres alemãs, durante a Guerra Mundial"
  •     Вера Дубина "«Обыкновенная история» Второй мировой войны: дискурсы сексуального насилия над женщинами оккупированных территорий"
  •     Еврейский музей и центр толерантности "Презентация книги Владимира Гельфанда «Дневник 1941-1946»"
  •     Еврейский музей и центр толерантности "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. "Атака"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. "Бой"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. "Победа"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. Эпилог
  •     Труд "Покорность и отвага: кто кого?"
  •     Издательский Дом «Новый Взгляд» "Выставка подвига"
  •     Katalog NT "Выставка "Евреи в Великой Отечественной войне " - собрание уникальных документов"
  •     Вести "Выставка "Евреи в Великой Отечественной войне" - собрание уникальных документов"
  •     Радио Свобода "Бесценный графоман"
  •     Вечерняя Москва "Еще раз о войне"
  •     РИА Новости "Выставка про евреев во время ВОВ открывается в Еврейском музее"
  •     Телеканал «Культура» Выставка "Евреи в Великой Отечественной войне" проходит в Москве
  •     Россия HD "Вести в 20.00"
  •     GORSKIE "В Москве открылась выставка "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Aгентство еврейских новостей "Евреи – герои войны"
  •     STMEGI TV "Открытие выставки "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики "Открытие выставки "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Независимая газета "Война Абрама"
  •     Revista de Historia "El lado oscuro de la victoria aliada en la Segunda Guerra Mundial"
  •     יעיתון סינאתלה  גביש הסמל ולדימיר גלפנד מספר על חיי היומיום במלחמה , על אורח חיים בחזית ובעורף
  •     Лехаим "Война Абрама"
  •     Elhallgatva "A front emlékezete. A Vörös Hadsereg kötelékében tömegesen és fiatalkorúakon elkövetett nemi erőszak kérdése a Dél-Vértesben"
  •     Libertad USA "El drama de las alemanas: violadas por tropas soviéticas en 1945 y violadas por inmigrantes musulmanes en 2016"
  •     НГ Ex Libris "Пять книг недели"
  •     Брестский Курьер "Фамильное древо Бреста. На перекрестках тех дорог…"
  •     Полит.Ру "ProScience: Олег Будницкий о народной истории войны"
  •     Олена Проскура "Запiзнiла сповiдь"
  •     Полит.Ру "ProScience: Возможна ли научная история Великой Отечественной войны?"
  •     Книга "Владимир Гельфанд. Дневник 1941 - 1946"
  •     Ahlul Bait Nabi Saw "Kisah Kelam Perempuan Jerman Setelah Nazi Kalah Perang"
  •     北京北晚新视 觉传媒有限公司 "70年前苏军强奸了十万柏林妇女?"
  •     Преподавание истории в школе "«О том, что происходило…» Дневник Владимира Гельфанда"
  •     Вестник НГПУ "О «НЕУБЕДИТЕЛЬНЕЙШЕЙ» ИЗ ПОМЕТ: (Высокая лексика в толковых словарях русского языка XX-XXI вв.)"
  •     Fotografias da História "Memórias esquecidas: o estupro coletivo das mulheres alemãs"
  •     Archäologisches Landesmuseum Brandenburg "Zwischen Krieg und Frieden" / "Между войной и миром"
  •     Российская газета "Там, где кончается война"
  •     Народный Корреспондент "Женщины освобождённой Европы глазами советских солдат: правда про "2 миллиона изнасилованых немок"
  •     Fiona "Военные изнасилования — преступления против жизни и личности"
  •     军情观察室 "苏军攻克柏林后暴行妇女遭殃,战争中的强奸现象为什么频发?"
  •     Независимая газета "Дневник минометчика"
  •     Независимая газета "ИСПОДЛОБЬЯ: Кризис концепции"
  •     East European Jewish Affairs "Jewish response to the non-Jewish question: “Where were the Jews during the fighting?” 1941–5"
  •     Niels Bo Poulsen "Skæbnekamp: Den tysk-sovjetiske krig 1941-1945"
  •     Olhar Atual "A Esquerda a história e o estupro"
  •     The book of Stefan-Ludwig Hoffmann, Sandrine Kott, Peter Romijn, Olivier Wieviorka "Seeking Peace in the Wake of War: Europe, 1943-1947"
  •     Walter de Gruyter "Germans into Allies: Writing a Diary in 1945"
  •     Blog in Berlin "22. Juni – da war doch was?"
  •     Steemit "Berlin Rape: The Hidden History of War"
  •     Estudo Prático "Crimes de estupro na Segunda Guerra Mundial e dentro do exército americano"
  •     Громадське радіо "Насильство над жінками під час бойових дій — табу для України"
  •     InfoRadio RBB "Geschichte in den Wäldern Brandenburgs"
  •     "شگفتی های تاریخ است "پشت پرده تجاوز به زنان برلینی در پایان جنگ جهانی دوم
  •     Das Buch Hans-Jürgen Beier gewidmet "Lehren – Sammeln – Publizieren"
  •     The book of Miriam Gebhardt "Crimes Unspoken: The Rape of German Women at the End of the Second World War"
  •     Русский вестник "Искажение истории: «Изнасилованная Германия»"
  •     凯迪 "推荐《柏林女人》与《五月四日》影片"
  •     Vix "Estupro de guerra: o que acontece com mulheres em zonas de conflito, como Aleppo?"
  •     Universidad del Bío-Bío "CRÍMENES DE GUERRA RUSOS EN LA SEGUNDA GUERRA MUNDIAL (1940-1945)"
  •     "المنصة  "العنف ضد المرأة.. المسكوت عنه في الحرب العالمية الثانية
  •     Книга. Олег Шеин "От Астраханского кремля до Рейхсканцелярии. Боевой путь 248-й стрелковой дивизии"
  •     Sodaz Ot "Освободительная миссия Красной Армии и кривое зеркало вражеской пропаганды"
  •     Sodaz Ot "Советский воин — освободитель Европы: психология и поведение на завершающем этапе войны (II)"
  •     企业头条 "柏林战役后的女人"
  •     Sántha István "A front emlékezete"
  •     腾讯公司   "二战时期欧洲, 战胜国对战败国的十万妇女是怎么处理的!"
  •     DE Y.OBIDIN "Какими видели европейских женщин советские солдаты и офицеры (1944-1945 годы)?"
  •     Magyar Tudományos Akadémia "Váltóállítás: Diktatúrák a vidéki Magyarországon 1945-ben"
  •     歷史錄 "近1萬女性被強姦致死,女孩撩開裙子說:不下20個男人戳我這兒"
  •     Cyberpedia "Проблема возмездия и «границы ненависти» у советского солдата-освободителя"
  •     NewConcepts Society "Можно ли ставить знак равенства между зверствами гитлеровцев и зверствами советских солдат?"
  •     搜狐 "二战时期欧洲,战胜国对战败国的妇女是怎么处理的"
  •     Ranker "14 Shocking Atrocities Committed By 20th Century Communist Dictatorships"
  •     Эхо Москвы "Дилетанты. Начало войны. Личные источники"
  •     Журнал "Огонёк" "Эго прошедшей войны"
  •     이창남 외 공저 "폭력과 소통 :트랜스내셔널한 정의를 위하여"
  •     Уроки истории. XX век "Книжный дайджест «Уроков истории»: советский антисемитизм"
  •     Свободная Пресса "Кто кого насиловал в Германии"
  •     EPrints "Взаємовідносини червоноармійців з цивільним населенням під час перебування радянських військ на території Польщі (кінець 1944 - початок 1945 рр.)"
  •     Pikabu "Обратная сторона медали"
  •     Озёрск.Ru "Война и немцы"
  •     Імекс-ЛТД "Історичний календар Кіровоградщини на 2018 рік. Люди. Події. Факти"
  •     יד ושם - רשות הזיכרון לשואה ולגבורה "Vladimir Gelfand"
  •     Atchuup! "Soviet soldiers openly sexually harass German woman in Leipzig after WWII victory, 1945"
  •     Книга Мириам Гебхардт "Когда пришли солдаты. Изнасилование немецких женщин в конце Второй мировой войны"
  •     Coffe Time "Женщины освобождённой"
  •     Дилетант "Цена победы. Военный дневник лейтенанта Владимира Гельфанда"
  •     Feldgrau.Info - Bоенная история "Подборка"
  •     Геннадий Красухин "Круглый год с литературой. Квартал четвёртый"
  •     Вечерний Брест "В поисках утраченного времени. Солдат Победы Аркадий Бляхер. Часть 9. Нелюбовь"
  •     Аргументы недели "Всю правду знает только народ. Почему фронтовые дневники совсем не похожи на кино о войне"
  •     Fanfics.me "Вспомним подвиги ветеранов!"
  •     VietInfo "Hồng quân, Nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin năm 1945"
  •     Книга: Виталий Дымарский, Владимир Рыжков "Лица войны"
  •     Dozor "Про День Перемоги в Кіровограді, фейкових ветеранів і "липове" примирення"
  •     East European Jewish Affairs "Review of Dnevnik 1941-1946, by Vladimir Gel’fand
  •     The book of Harriet Murav, Gennady Estraikh "Soviet Jews in World War II: Fighting, Witnessing, Remembering"
  •     TARINGA! "Las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     ВолиньPost "Еротика та війна: спогади про Любомль 1944 року"
  •     Anews "Молодые воспринимают войну в конфетном обличии"
  •     RTVi "«Война эта будет дикая». Что писали 22 июня 1941 года в дневниках"
  •     Tribun Manado "Nasib Kelam Perempuan Jerman Usai Nazi Kalah, Gadis Muda, Wanita Tua dan Hamil Diperkosa Bergantian"
  •     The book of Elisabeth Krimmer "German Women's Life Writing and the Holocaust: Complicity and Gender in the Second World War"
  •     Xosé Manuel Núñez Seixas "El frente del Este : historia y memoria de la guerra germano-soviética, 1941-1945"
  •     اخبار المقطم و الخليفه " إغتصاب برلين الكبير"
  •     Русская семерка "В чьем плену хуже всего содержались женщины-военные на Второй мировой"
  •     Mail Online "Mass grave containing 1,800 German soldiers who perished at the Battle of Stalingrad is uncovered in Russia - 75 years after WWII's largest confrontation claimed 2 mln lives"
  •     PT. Kompas Cyber Media "Kuburan Massal 1.800 Tentara Jerman Ditemukan di Kota Volgograd"
  •     Công ty Cổ phần Quảng cáo Trực tuyến 24H "Nga: Sửa ống nước, phát hiện 1.800 hài cốt của trận đánh đẫm máu nhất lịch sử"
  •     LGMI News "Pasang Pipa Air, Tukang Temukan Kuburan Masal 1.837 Tentara Jerman"
  •     Quora "¿Cuál es un hecho sobre la Segunda Guerra Mundial que la mayoría de las personas no saben y probablemente no quieren saber?"
  •     "مجله مهاجرت  "آنچه روس‌ها در برلین انجام دادند!
  •     Музейний простiр  "Музей на Дніпрі отримав новорічні подарунки під ялинку"
  •     Бэла Гельфанд. Как в Берлине убивали жену красноармейца Владимира Гельфанда  .. ..
  •     The book of Paul Roland "Life After the Third Reich: The Struggle to Rise from the Nazi Ruins"
  •     O Sentinela "Dois Milhões de Alemãs: O Maior Estupro em Massa da História foi um Crime Aliado-Soviético"
  •     Агентство новостей «Хакасия-Информ» "Кто остановит шоу Коновалова?"
  •     Isralike.org "Цена победы. Военный дневник лейтенанта Владимира Гельфанда"
  •     Robert Dale “For what and for whom were we fighting?”: Red Army Soldiers, Combat Motivation and Survival Strategies on the Eastern Front in the Second World War
  •     "طرفداری "پایان رویای نازیسم / سقوط امپراطوری آدولف هیتلر
  •     Das Buch von Kerstin Bischl "Frontbeziehungen: Geschlechterverhältnisse und Gewaltdynamiken in der Roten Armee 1941-1945"
  •     Русская семерка "Красноармейцы или солдаты союзников: кто вызывал у немок больший страх"
  •     Kibalchish "Фрагменты дневников поэта-фронтовика В. Н. Гельфанда"
  •     History Magazine "Sõjapäevik leitnant Vladimir Gelfand"
  •     Magazine online "Vojnový denník poručíka Vladimíra Gelfanda"
  •     theБабель "Український лейтенант Володимир Гельфанд пройшов Другу світову війну від Сталінграда до Берліна"
  •     Znaj.UA "Жорстокі знущання та масові вбивства: злочини Другої світової показали в моторошних кадрах"
  •     Gazeta.ua "Масові вбивства і зґвалтування: жорстокі злочини Другої світової війни у фотографіях"
  •     PikTag "Знали вы о том, что советские солдаты ИЗНАСИЛОВАЛИ бессчетное число женщин по пути к Берлину?"
  •     Kerstin Bischl  "Sammelrezension: Alltagserfahrungen von Rotarmisten und ihr Verhältnis zum Staat"
  •     Конт "Несколько слов о фронтовом дневнике"
  •     Sherstinka "Német megszállók és nők. Trófeák Németországból - mi volt és hogyan"
  •     Олег Сдвижков "Красная Армия в Европе. По страницам дневника Захара Аграненко"
  •     X-True.Info "«Русские варвары» и «цивилизованные англосаксы»: кто был более гуманным с немками в 1945 году"
  •     Veröffentlichungen zur brandenburgischen Landesarchäologie "Zwischen Krieg und und Frieden: Waldlager der Roten Armee 1945"
  •     Sherstinka "Szovjet lányok megerőszakolása a németek által a megszállás alatt. Német fogságba esett nők"
  •     Dünya Haqqinda "Berlin zorlanmasi: İkinci Dünya Müharibəsi"
  •     Actionvideo "Gewalt gegen deutsche Frauen durch Soldaten der Roten Armee. Entsetzliche Folter und Hinrichtungen durch japanische Faschisten während des Zweiten Weltkriegs!"
  •     Maktime "Was machten die Nazis mit den gefangenen sowjetischen Mädchen? Wer hat deutsche Frauen vergewaltigt und wie sie im besetzten Deutschland gelebt haben"
  •     Музей «Пам’ять єврейського народу та Голокост в Україні» отримав у дар унікальні експонати
  •     Sherstinka "Что творили с пленными женщинами фашисты. Жестокие пытки женщин фашистами"
  •     Bidinvest "Brutalitäten der Sowjetarmee - Über die Gräueltaten der sowjetischen "Befreier" in Europa. Was haben deutsche Soldaten mit russischen Frauen gemacht?"
  •     Русский сборник XXVII "Советские потребительские практики в «маленьком СССР», 1945-1949"
  •     Academic Studies Press. Oleg Budnitskii: "Jews at War: Diaries from the Front"
  •     Gazeta Chojeńska "Wojna to straszna trauma, a nie fajna przygoda"
  •     Historiadel.net "Crímenes de violación de la Segunda Guerra Mundial y el Ejército de EE. UU."
  •     화요지식살롱     "2차세계대전 말, 소련에게 베를린을 점령당한 '독일 여자들'이 당한 치욕의 역사"
  •     The Global Domain News "As the soldiers did to captured German women"
  •     Quora "Você sabe de algum fato da Segunda Guerra Mundial que a maioria das pessoas não conhece e que, provavelmente, não querem saber?"
  •     MOZ.de "Als der Krieg an die Oder kam – Flucht aus der Festung Frankfurt"
  •     Музей "Пам'ять єврейського народу та Голокост в Україні". "1 березня 1923 р. – народився Володимир Гельфанд"
  •     Wyborcza.pl "Ryk gwałconych kobiet idzie przez pokolenia. Mało kto się nim przejmuje"
  •     Cноб "Женщина — военный трофей. Польский историк о изнасилованиях в Европе во время Второй мировой"
  •     Refugo "O estupro da Alemanha"
  •     Historia National Geographic "la batalla de berlín durante la segunda guerra mundial"
  •     Politeka "Росіянам напередодні 9 травня нагадали про злочини в Німеччині: «Заплямували себе...»"
  •     Акценты "Советский офицер раскрыл тайны Второй мировой: рассказал без прикрас"
  •     БелПресса "Цена Победы. Какой была военная экономика"
  •     Lucidez "75 años de la rendición nazi: Los matices del “heroísmo” soviético"
  •     UM CANCERIANO SEM LAR "8 de Maio de 1945"
  •     Lasteles.com "La Caída de la Alemania Nazi: aniversario de la rendición de Berlin"
  •     Cloud Mind "Violence Against Women: The Rape Of Berlin WW2"
  •     Музей "Пам'ять єврейського народу та Голокост в Україні" "8 ТРАВНЯ – ДЕНЬ ПАМ’ЯТІ І ПРИМИРЕННЯ"
  •     CUERVOPRESS "El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     EU Today "The Rape of Berlin: Red Army atrocities in 1945"
  •     Издательство Яндекс + История будущего "Настоящий 1945"
  •     Вне строк "Похищение Берлина: зверства Красной армии в 1945 году"
  •     Frankfurter Allgemeine Zeitung "Erlebt Russland eine neue Archivrevolution?"
  •     The book of Beata Halicka "The Polish Wild West: Forced Migration and Cultural Appropriation in the Polish-german Borderlands, 1945-1948"
  •     Twentieth-Century Literature “A World of Tomorrow”: Trauma, Urbicide, and Documentation in A Woman in Berlin: Eight Weeks in the Conquered City
  •     Märkische Onlinezeitung "Sowjetische Spuren in Brandenburgs Wäldern"
  •     Revue Belge de Philologie et d’Histoire "Soviet Diaries of the Great Patriotic War"
  •     Der Spiegel "Rotarmisten und deutsche Frauen: "Ich gehe nur mit anständigen Russen"
  •     ReadSector "Mass grave of WWII Nazi paratroopers found in Poland contains 18 skeletons and tools with swastikas"
  •     ИноСМИ "Der Spiegel (Германия): «Я гуляю только с порядочными русскими»"
  •     Actionvideo "Jak naziści szydzili z rosyjskich kobiet. Gwałt w Berlinie: nieznana historia wojny"
  •     Graf Orlov 33 "ДНЕВНИК В. ГЕЛЬФАНДА советского офицера РККА"
  •     Deutsche Welle  "Послевоенная Германия в дневниках и фотографиях"
  •     Deutsche Welle  "За что немки любили в 1945 году лейтенанта Красной армии?"
  •     Elke Scherstjanoi "Sieger leben in Deutschland: Fragmente einer ungeübten Rückschau. Zum Alltag sowjetischer Besatzer in Ostdeutschland 1945-1949"
  •     SHR32 "Rus əsgərləri alman qadınlarına necə istehza etdilər. Alman qadınlarını kim zorlayıb və onlar işğal olunmuş Almaniyada necə yaşayıblar"
  •     Детектор медіа "«Гра тіней»: є сенс продовжувати далі"
  •     Historia provinciae "Повседневная жизнь победителей в советской зоне оккупации Германии в воспоминаниях участников событий"
  •     Portal de Prefeitura "Artigo: “FRAU, KOMM!” O maior estupro coletivo da história"
  •     Pikabu "Извращение или традиция, потерявшая смысл?"
  •     Русская Семерка "Владимир Гельфанд: от каких слов отказался «отец» мифа об изнасиловании немок советскими солдатами"
  •     Институт российской истории РАН "Вторая мировая и Великая Отечественная: к 75-летию окончания"
  •     Kozak UA "Як "діди" німкень паплюжили в 1945 році"
  •     Dandm "Cómo los nazis se burlaron de las mujeres rusas. Mujeres rusas violadas y asesinadas por los alemanes"
  •     Permnew.Ru "«Диван» Федора Вострикова. Литобъединение"
  •     Neurologystatus "Violence women in the Second World War. Shoot vagas: why soldiers rape women"
  •     Brunilda Ternova "Mass rapes by Soviet troops in Germany at the end of World War II"
  •     The book Stewart Binns "Barbarossa: And the Bloodiest War in History"
  •     Новое литературное обозрение: Будницкий Олег "Люди на войне"
  •     Леонід Мацієвський "9 травня – День перемоги над здоровим глуздом. Про згвалтовану Європу та Берлін"
  •     Полит.Ру "Люди на войне"
  •     #CОЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ #ПАМЯТЬ "Владимир Гельфанд: месяц в послевоенном Берлине"
  •     Новое литературное обозрение "Ирина Прохорова, Олег Будницкий, Иван Толстой: Люди на войне"
  •     Georgetown University "Explorations in Russian and Eurasian History": "Emotions and Psychological Survival in the Red Army, 1941–42"
  •     Forum24 "Co se dělo se zajatými rudoarmějkami? Jaký byl osud zajatých žen z Wehrmachtu?"
  •     Радио Свобода "Война и народная память"
  •     Лехаим "Двадцать второго июня…"
  •     Русская семёрка "Как изменилось отношение немок к красноармейцам в 1945 году"
  •     Исторический курьер "Героизм, герои и награды: «героическая сторона» Великой Отечественной войны в воспоминаниях современников"
  •     Коммерсантъ "Фронт и афронты"
  •     Русская семёрка "Владимир Гельфанд: что не так в дневниках автора мифа об «изнасилованной» Германии"
  •     Medium "The Brutal Rapes of Every German Female from Eight to Eighty"
  •     One News Box "How German women suffered largest mass rape in history by foreign solders"
  •     "نیمرخ "نقش زنان در جنگها - قسمت اول: زنان به مثابه قربانی جنگ
  •     Bolcheknig "Що німці робили з жінками. Уривок з щоденника дівчини, яку німці використовували як безкоштовну робочу силу. Життя в таборі"
  •     Nrgaudit "Рассказы немецких солдат о войне с русскими. Мнения немцев о русских солдатах во время Второй мировой войны"
  •     Музей "Пам'ять єврейського народу та Голокост в Україні "На звороті знайомого фото"
  •     Новое литературное обозрение. Книга: Козлов, Козлова "«Маленький СССР» и его обитатели. Очерки социальной истории советского оккупационного сообщества"
  •     Sattarov "Mga babaeng sundalo sa pagkabihag ng Aleman. Kabanata limang mula sa librong "Pagkabihag. Ito ang ginawa ng mga Nazi sa mga nahuling kababaihan ng Soviet"
  •     Política Obrera "Sobre “José Pablo Feinmann y la violación en manada"
  •     Эхо Москвы "Цена победы. Люди на войне"
  •     SHR32 "How Russian soldiers mocked German women. Trophies from Germany - what it was and how. Who raped German women and how they lived in occupied Germany"
  •     Олег Сдвижков: "«Советских порядков не вводить!»  Красная армия в Европе 1944—1945 гг."
  •     Livejournal "Чья бы мычала"
  •     Newton Compton Editori. Stewart Binns "Operazione Barbarossa. Come Hitler ha perso la Seconda guerra mondiale"
  •     Kingvape "Rosa Kuleshovs Belichtung. Rosa Kuleshov ist die mysteriöseste Hellseherin der Sowjetzeit. Zwischen rot und grün"
  •     Kfdvgtu الجوائز من ألمانيا - ما كان عليه وكيف. الذين اغتصبوا الألمانية وكيف عاش في ألمانيا المحتلة
  •     nc1 "Αναμνήσεις στρατιωτών πρώτης γραμμής για Γερμανίδες. Οι απόψεις των Γερμανών για τους Ρώσους στρατιώτες κατά τον Β' Παγκόσμιο Πόλεμο"
  •     ik-ptz "Was haben deutsche Soldaten mit russischen Mädchen gemacht? Das haben die Nazis mit gefangenen sowjetischen Frauen gemacht"
  •     مراجعة عسكرية  نساء أوروبا المحررات من خلال عيون الجنود والضباط السوفيت (1944-1945)
  •     nc1 "Scrisori de soldați ruși despre germani. Cum au șocat femeile sovietice pe ocupanții germani"
  •     中 新健康娱乐网 "柏林战役德国女人 70年前苏军强奸了十万柏林妇女?"
  •     "پورتال برای دانش آموز. خودآموزی،  "نازی ها با زنان اسیر چه کردند؟ نحوه آزار نازی ها از کودکان در اردوگاه کار اجباری سالاسپیلس
  •     Русская Семерка "Каких штрафников в Красной Армии называли «эсэсовцами»"
  •     Голос Народу "Саша Корпанюк: Кто и кого изнасиловал в Германии?"
  •     Gorskie "Новые источники по истории Второй мировой войны: дневники"
  •     TransQafqaz.com Fedai.az Araşdırma Qrupu
  •     Ik-ptz "What did the Nazis do with the captured women. How the Nazis abused children in the Salaspils concentration camp"
  •     Евгений Матонин "22 июня 1941 года. День, когда обрушился мир"
  •     Ulisse Online "Per non dimenticare: orrori contro i bambini"
  •     Наука. Общество. Оборона "«Изнасилованная Германия»: из истории современных ментальных войн"
  •     Quora "Por que muitos soldados estupram mulheres durante guerras?"
  •     Das Buch von Stefan Creuzberger "Das deutsch-russische Jahrhundert: Geschichte einer besonderen Beziehung"
  •     პორტალი სტუდენტისთვის "როგორ დასცინოდნენ რუსი ჯარისკაცები გერმანელებს"
  •     Зеркало "Где и когда русское воинство ЧЕСТЬ потеряло?"
  •     WordPress.com Historywithatwist  "How Russia has used rape as a weapon of war"
  •     Mai Khôi Info "Lính Liên Xô 'hãm hiếp phụ nữ Đức'"
  •     EU Political Report "Russia is a Country of Marauders and Murderers"
  •     "بالاترین  "روایت ستوان روس «ولادیمیر گلفاند» از «تجاوز جنسی» وحشیانه‌ی ارتش سرخ شوروی به «زنان آلمانی»/عکس
  •     TCH "Можемо повторити": як радянські солдати по-звірячому і безкарно ґвалтували німецьких жінок
  •     인사이트 "2차 세계 대전 때에도 독일 점령한 뒤 여성 200만명 성폭행했던 러시아군"
  •     Pravda.Ru "Fake news about fake rapes in Ukraine to ruin Russian solder's image"
  •     Alexey Tikhomirov "The Stalin Cult in East Germany and the Making of the Postwar Soviet Empire, 1945-1961"
  •     Дилетант "Олег Будницкий / Человек на фоне эпох / Книжное казино. Истории"
  •     The Sault Star "OPINION: Suffering of children an especially ugly element of war"
  •     El Español "Por qué la Brutalidad del Ejército Ruso se Parece más a una Novela de Stephen King que de Orwell"
  •     Ratnik.tv "Одесса. Еврейский вопрос. Дорогами смерти"
  •     Алексей Митрофанов "Коммунальная квартира"
  •     Militaergeschichtliche Zeitschrift "Evakuierungs‑ und Kriegsschauplatz Mark Brandenburg"
  •     Raovatmaytinh "Phim cấp 3 tội ác tra tấn tình dục và hiếp dâm của phát xít đức phần 1
  •     Apollo.lv "Kā Otrais pasaules karš noslēdzās ar PSRS armijas veiktu masveida izvarošanas kampaņu Vācijā"
  •     Как ў Беларусі "Who raped whom in Germany" / "Кто кого насиловал в Германии"
  •     Konkretyka "Діди-ґвалтівники, або міф про «воїнів-освободітєлєй»"
  •     LinkedIn "Grandfathers-rapists, or the myth of "warriors-liberators"​. Typical Russian imperial character"
  •     Danielleranucci "Lit in the Time of War: Gelfand, Márquez, and Ung"
  •     Смоленская газета "Истинная правда и её фальшивые интерпретации"
  •     Дзен "Я влюбился в портрет Богоматери..." Из фронтовых дневников лейтенанта Владимира Гельфанда
  •     Дзен "Праздник Победы отчасти горек для меня..." Зарубежные впечатления офицера Красной армии Гельфанда
  •     UkrLineInfo "Жiноча смикалка: способи самозахисту від сексуального насилля в роки Другої світової війни"
  •     Memo Club. Владимир Червинский: "Одесские истории без хэппи энда"
  •     Thomas Kersting, Christoph Meißner, Elke Scherstjanoi "Die Waldlager der Roten Armee 1945/46: Archäologie und Geschichte"
  •     Goldenfront "Самосуд над полицаями в Одессе в 1944 году: что это было"
  •     Gedenkstätten Buchenwald "Nach dem Krieg. Spuren der sowjetischen Besatzungszeit in Weimar 1945-50: Ein Stadtrundgang"
  •     Historia National Geographic "la segunda guerra mundial al completo, historia del conflicto que cambió el mundo"
  •     સ્વર્ગારોહણ  "કેવી રીતે રશિયન સૈનિકોએ જર્મન લોકોની મજાક ઉડાવી"
  •     Absorbwell "Causas Y Consecuencias De La Segunda Guerra Mundial Resumen"
  •     לחימה יהודית  א. יהודים בצבא האדום
  •     Український світ "«Можем повторіть» — про звірства російських солдат під час Другої світової війни"
  •     Andrii Portnov "Dnipro: An Entangled History of a European City"
  •     Татьяна Шишкова "Внеждановщина. Советская послевоенная политика в области культуры как диалог с воображаемым Западом"
  •     Oleg Budnitskii, David Engel, Gennady Estraikh, Anna Shternshis: "Jews in the Soviet Union: A History: War, Conquest, and Catastrophe, 1939–1945"
  •     The Chilean "Roto". "VIOLADA"
  •     Дзен "Немок сажайте на мохнатые мотороллеры". Что сделали с пленными немками в Советском Союзе"
  •     ProNews "Σιλεσία 1945: Με εθνοκάθαρση η πρώτη τιμωρία των Γερμανών για τα εγκλήματα τους στο Β΄ ΠΠ"
  •     Livejournal "Одесситы - единственные в СССР - устроили самосуд в 1944 году"
  •     Scribd "Estupro em Massa de Alemãs"
  •     Музей «Пам’ять єврейського народу та Голокост в Україні» ЦЬОГО ДНЯ – 100-РІЧЧЯ ВІД ДНЯ НАРОДЖЕННЯ ВОЛОДИМИРА ГЕЛЬФАНДА
  •     Davidzon Radio "Владимир Гельфанд. Шокирующий дневник войны". Валерия Коренная в программе "Крылья с чердака"
  •     Quora "Open to the weather, lacking even primitive sanitary facilities, underfed, the prisoners soon began dying of starvation and disease"
  •     Infobae "El calvario de las mujeres tras la caída de Berlín: violaciones masivas del Ejército Rojo y ola de suicidios"
  •     Научная электронная библиотека "Военные и блокадные дневники в издательском репертуаре современной России (1941–1945)"
  •     Historywithatwist "How Russia has used rape as a weapon of war"
  •     Periodista Digital "Las terribles violaciones ocultas tras la caída de Berlín"
  •     Tạp chí Nước Đức "Hồng quân Liên Xô, nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin năm 1945"
  •     "زیتون | سایت خبری‌ تحلیلی زیتون "بدن زن؛ سرزمینی که باید فتح شود!
  •     Enciclopedia Kiddle Español "Evacuación de Prusia Oriental para niños"
  •     Ukraine History "Діди-ґвалтівники, або міф про «воїнів-визволителів». Типовий російський імперський характер"
  •     Локальна  Історiя "Жаске дежавю: досвід зустрічі з "визволителями"
  •     Tamás Kende "Class War or Race War The Inner Fronts of Soviet Society during and after the Second World War"
  •     museum-digital berlin "Vladimir Natanovič Gel'fand"
  •     知乎 "苏联红军在二战中的邪恶暴行"